СТРАТЕГИЯ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ США

БЕЛЫЙ ДОМ

ЯНВАРЬ 1987

 

«Свобода, мир и процветание… в этом заключается Америка.., ради нас самих, наших друзей и всех людей, которые борются во всем мире за демократию.» Рональд Рейган

I. Американская перспектива

С самого начала деятельности настоящей Администрации мы заложили основу для более конструктивной и позитивной роли Америки в решении мировых вопросов, определив основные направления внешней и оборонной политики.

В течение предыдущих лет мы объективно анализировали нашу политику и деятельность на мировой арене, чтобы учесть динамику сложного и постоянно меняющегося мира. Если была необходимость в изменениях, я распоряжался о внесении таких изменений. Но мы не отклонились и не будем отклоняться от великих целей, которые определяют лидирующую роль Америки в современном мире:

  • Обязательство по достижению цели мировой свободы, мира и процветания;
  • Тесное сотрудничество с нашими партнерами во всем мире;
  • Активная помощь тем, кто борется за свое самоопределение, свободу и достойные стандарты жизни и развития;
  • Стремление быть реалистами в отношении Советского Союза, открыто определить основные моральные различия между тоталитаризмом и демократией; и
  • Поиск эффективных путей взаимодействия с советскими лидерами в целях предотвращения войны и поддержания мира во всем мире.

ОсноваэффективнойСтратегиинациональнойбезопасности, заложеннаяс первых дней работы настоящей Администрации, строго соблюдалась и была для нас очень полезна. Мы вернулинашу экономическую, политическую и военную мощь. Западные демократии восстановлены, и все больше народов во всем мире обращаются к демократическим идеям и принципам свободного рынка. Соединенные Штаты продолжают поддерживать тех, кто стремится к преимуществам нашего демократического способа жизни.

В то время как Соединенные Штаты являются лидером свободного мира с конца Второй мировой войны, мы не действовали в одиночку. В ходе войны и в последующие десять лет наша стратегия была основана на партнерстве с теми странами, которые разделяют наши цели. Поскольку мир на протяжении нескольких лет постоянно менялся, разногласия между странами, которые борются за развитие демократических институтов, и странами, идущими по пути тоталитаризма, стали объектом пристального внимания. Поскольку изменения в  области прав человека, передовых технологиях, качестве жизни и глобальной экономике будут происходить и в будущем, наш пример будет и в дальнейшем оказывать огромное влияние на человечество. Соединенные Штаты занимают правильную позицию в этой исторической борьбе, и мы попытались создать устойчивую основу для поддержания таких позитивных изменений.

Настоящий отчет по Стратегии национальной безопасности основан на действиях Администрации, Конгресса и американского народа, реализуемых на протяжении последних шести лет. Нолюбойстратегическийдокументявляетсялишьруководством. Чтобы быть эффективными, необходимо строго руководствоваться национальными интересами и целями, иметь соответствующие ресурсы и использовать все возможные рычаги государственной власти для достижения наших национальных целей.  Необходимо создать базовую концепцию, на основании которой исполнительные органы, которым поручена организация различных элементов государственной власти, могут выделить более конкретные и детальные цели. И она должна использоваться для разработки конкретных планов, предназначенных для достижения конкретных целей.

Поэтому ежегодные доклады Государственного секретаря и Министра обороны перед Конгрессомиграют ключевую роль для поддержки целей, определенных в настоящей докладе. В рамках своих компетенций внешней и оборонной политики они разрабатывают конкретные планы действий для реализации нашей Национальной стратегии, защиты интересов США и, что более важно, снижения рисков для нашего государства и наших союзников.

Далее приведена детализация Стратегии национальной безопасности Соединенных Штатов — программа для будущей свободы, мира и процветания.

II. Основные принципы Стратегии национальной безопасности США

БЕЗОПАСНОСТЬ США В СЛОЖНОМ И МЕНЯЮЩЕМСЯ МИРЕ

После Второй мировой войныСоединенные Штаты впервые столкнулись с огромной ответственностью за мировой порядок. Более не защищенные океанами, состоящие в союзе со странами, опустошенными войной, и столкнувшись с неоспоримыми доказательствами экспансионистские стремлений Советского Союза, Соединенные Штаты взяли на себя двойную ответственность за восстановление мирового экономического порядка и сдерживание особого бренда тоталитаризма и коммунизма, распространяемого Советским Союзом.

Соединенные Штаты ответили на угрозы, создаваемые Москвой, политикой сдерживания. Сдерживание, как стратегия поддержания мира во всем мире, включает три основных элемента.

Первый элемент, оборонная политика США, предусматривал передовое базирование военных сил, необходимое для сдерживания советской военной экспансии. На практике это означало содержание крупных военных формирований на территории союзников Западной Европы и Восточной Азии. По мере роста советской системы доставки ядерного оружия, она также потребовала больших стратегических сил для того, чтобы усилить сдерживание, обеспечиваемое вооруженными силами Соединенных Штатов и их союзниками. Таким образом, наша система военной безопасности основывалась, в первую очередь, на двух стратегических зонах, Европе и Восточной Азии, и подстраховывалась ядерными силами устрашения.

Второй элемент, международная экономическая политика США, включалпрограммы восстановления экономики  Западной Европы и Японии. Он также требовал лидирующей позиции США в создании и управлении международной денежной системой и стимулировании заключения региональных и международных соглашений о свободной торговле.

Третий элемент, политика США в отношении стран третьего мира, включал экономическую помощь и помощь в сфере безопасности. Он также имел ключевой политический компонент: деколонизация, самоопределение и поддержка развития в направлении демократии. Советский Союз противопоставил нам в странах третьего мира политику «войн национального освобождения,» с помощью с которой он стремился использовать нестабильность в новых государствах для становления марксистско-ленинистских режимов, основанных на советской модели.

В течение трех последвоенных декад мы достигли значительных успехов в реализации нашей Национальной стратегии. Мировая война была предотвращена. Европа и Япония вернулись к процветанию при огромном содействии  США, и большая часть стран третьего мира была деколонизирована. Тем не менее, сдерживание было дорогостоящей политикой. Но поскольку Соединенным Штатам принадлежала львиная доля экономической мощи развитых стран, мы могли себе позволит нести такую ношу.

Послевоенный период закончился в 1970х годах. Было три причины для его завершения. Во-первых, успех экономической политики США в Европе и Восточной Азии существенно изменил распределение богатства и власти в рамках наших союзных систем. Соединенные Штаты больше не занимали превосходящую экономическую позицию по отношению к Западной Европе ипериферии Восточной Азии. И наш успех в сдерживании советской военной агрессии в этих двух стратегических зонах создал распространенное общественное убеждение, что прямая советская агрессия в этих двух регионах стала менее вероятна.

Во-вторых, наращивание советской военной мощи и распространение советской власти на Кубе, в Никарагуа, на Ближнем Востоке, в Юго-восточной и Юго-западной Азии и Африке требовало внесения изменений в стратегию реализации нашей политики сдерживания. В частности, определяющее значение имело достижение Советским Союзом стратегического ядерного паритета с Соединенными Штатами.

В-третьих, политическое оживление в странах третьего мира повлекло за собой гражданские войны и региональные конфликты, которые угрожали разжиганием прямой военной конфронтации между Соединенными Штатами и Советским Союзом. А экономические достижения, в частности, в энергетической отрасли, спровоцировали политическую нестабильность и оказали дестабилизирующее воздействие на международную денежную систему.

В таком совершенно другом мире необходимо было пересмотреть основные принципы стратегического планирования. Военного превосходства США в стратегических силах больше не существует, а устойчивый рост советского военного потенциала в отношении Европы, Персидского залива и других важных зон создал постоянную угрозу для региональной безопасности.

Сегодня, как никогда ранее, необходимо, чтобы наша Стратегия национальной безопасности основывалась на едином понимании интересов и целей США и реалистическом подходе к решению проблемы Советского Союза и других угроз безопасности США.

ИНТЕРЕСЫ США

Стратегия национальной безопасностиСША отражает наши национальные интересы и представляет собой всеобщий план для достижения национальных целей, которые поддерживают эти интересы. Ниже приведены ключевые национальные интересы, на соблюдение и защиту которых нацелена наша стратегия:

  1. Выживание Соединенных Штатов в качестве свободного и независимого государства, с сохранением фундаментальных ценностей и действующих институтов.
  2. Здоровая и развивающаяся экономика США.
  3. Распространение свободы, демократических институтов и свободных рыночных  экономик во всем мире, связанных между собой открытой и справедливой международной торговой системой.
  4. Стабильный и устойчивый мир без основных угроз интересам США.
  5. Плодотворные и эффективные партнерские отношения США.

ОСНОВНЫЕ ЦЕЛИ В ЗАЩИТЕ ИНТЕРЕСОВ США

Цели национальной безопасностиСША – это конкретизация более широких целей, которые поддерживают национальные интересы. Как таковые они не подразумевают механическую или автоматическую реализацию, а представляют собой руководство для разработки политики в конкретных ситуациях, которые требуют координированной реализации государственной власти. Наши национальные интересы поддерживают следующие основные цели:

  1. Обеспечивать безопасность нашего государства и наших союзников. Соединенные Штаты, в сотрудничестве с союзниками, должны стремиться к сдерживанию агрессии, которая может нанести вред безопасности, и, в случае неудачной попытки сдерживания, должны быть готовы отразить любое военное нападение и положить конец конфликту на условиях, выгодных Соединенным Штатам, их интересам и союзникам.

А именно:

  • Сдерживать вражескую агрессию в отношении Соединенных Штатов, их граждан, вооруженных сил или союзников и подавлять агрессию, в случае неудачной попытки сдерживания.
  • Поддерживать силу и жизнеспособность союзных отношений США с другими странами.
  • Эффективно устранять угрозы безопасности Соединенных Штатов и их граждан, не доводя дело до вооруженного конфликта, в том числе угрозу международного терроризма.
  • Предотвратить распространение ядерного оружия.
  • В долгосрочной перспективе снизить нашу зависимость от ядерного оружия путем укрепления наших обычных вооруженных сил, соблюдения обоснованных и объективных соглашений о контроле над вооружениями и разработки технологий для стратегической обороны.
  • Обеспечить беспрепятственный доступ США в пространство мирового океана и в космос.
  • Предотвратить доминирование СССР (либо другой вражеской державы или коалиции держав) на территории Евразии.
  • Заставить Советский Союз почуствовать тяжесть своей внутренней экономической слабости в целях сдерживания чрезмерных советских расходов на военную отрасль и глобального авантюризма.
  • Способствовать развитию более близкого сотрудничества с Народной Республикой Китай.
  1. Решать проблемы глобальной экономики. Экономическая взаимозависимость стала чрезвычайно выгодной для Соединенных Штатов, но также привела к возникновению новых политических проблем, которые требуют разрешения. Поскольку возросла наша зависимость от ресурсов, потенциальная уязвимость наших путей снабжения вызывает обеспокоенность. Несмотря на то, что устойчивый экономический рост США помогает вывести мир из рецессии, во многих странах продолжается экономический спад. Мы должны уделить внимание разрешению важнейших глобальных проблем, которые, в случае неразрешения, могут негативно повлиять на интересы США в будущем. Многие из таких проблем, как задолженность стран третьего мира, международная торговля наркотиками и растущий протекционизм на данный момент влияют на интересы США.

А именно:

  • Поддерживать сильную, процветающую и конкурентоспособную экономику США в контексте стабильной и растущей мировой экономики.
  • Обеспечить доступ США на иностранные рынки, а также обеспечить Соединенными Штатам и их союзникам доступ к зарубежным энергетическим и минеральным ресурсам.
  • Поддерживать эффективную  международную экономическую систему с минимальными диспропорциями в торговле и инвестициях, стабильными валютами и общепринятыми и признанными правилами устранения диспропорций.
  1. Защищать и поддерживать демократию, свободу и права человека во всем мире. Внешняя политика, которая игнорирует судьбы миллионов людей во всем мире, стремящихся к свободе, станет предательством нашего национального наследия. Невозможно гарантировать нашу свободу и свободу наших союзников в мире, в котором свобода притесняется в других местах.

А именно:

  • Поддерживать рост национальной независимости и свободных институтов во всем мире.
  • Создавать и поддерживать программы помощи, развития торговли и инвестиций, которые направлены на стимулирование экономического развития и роста в свободных и цивилизованных социальных и политических порядках стран третьего мира.
  • Стимуровать тенденции либерализации в рамках Советского Союза и егогосударств-сателлитов.
  1.  Мирным способом разрешать конфликты, которые влияют на интересы США в проблемных регионах мира. Региональные конфликты, в которые вовлечены союзники или друзья Соединенных Штатов, могут угрожать интересам США и зачастую сопряжены с риском экскалации в более масштабный конфликт. Конфликты или попытки свержения дружественных правительств, которые спровоцированы Советским Союзом или его государствами-сателлитами, представляют серьезную угрозу для интересов США.

А именно:

  • Поддерживать стабильный глобальный и региональные военные балансы с СССР и его союзниками.
  • Помогать государствам, которые столкнулись с угрозой советской диверсии или агрессии.
  • Устранять, по возможности, истинные причины региональных беспокойств, которые могут перерасти в масштабную войну.
  • Нейтрализовать попытки Советского Союза расширить свое влияние в мире и ослабить связь между СССР и его государствами-сателлитами третьего мира.           —
  • Оказывать помощь в борьбе с угрозами стабильности дружественных правительств и институтов, такими как массовые беспорядки, поддерживаемый государством терроризм и международная торговля наркотиками.
  1. Строить эффективные и взаимовыгодные отношения со всеми странами, с которыми имеются общие интересы. Сегодня в мире насчитывается более 150 государств. Но ни одно из них не может сравниться с Соединенными Штатами по мощности и благосостоянию, тем не менее, это суверенные государства и большинство из них, если не все, затрагивают интересы США, прямо либо опосредованно.

А именно:

  • Поддерживать создание союзов государств, дружественных по отношению к интересам США, используя для этого любые дипломатические, политические, экономические и информационные средства.
  • Повышать эффективность международных институтов в поддержании мира, мирового порядка и политического, экономического и социального прогресса.
  • Изучать возможности улучшения взаимоотношений с вражескими государствами в целях снижения вероятности будущего конфликта.
  • Укреплять влияние США во всем мире.

Наша Стратегия национальной безопасности должна реализовываться для защиты интересов и целей США. Она также должна учитывать многочисленные угрозы и нестабильность современного сложного и меняющегося мира.

ОСНОВНЫЕ УГРОЗЫ ИНТЕРЕСАМ США

Наиболее серьезной угрозой безопасности США и национальным интересам является глобальная угроза, создаваемая Советским Союзом. В то время как только некоторые личности из Политбюро могут с уверенностью заявлять о ближайших тактических планах Кремля,долгосрочное стратегическое направление советской внешней политики более понятно. Выполняя требования политической системы, созданной и управляемой максистско-ленинистской идеологией, и политической партии, представляющей эту идеологию, Москва стремится изменить существующую международную систему и установить советскую глобальную гегемонию. Эти долгосрочные советские глобальные цели представляют общую концепцию советской внешней и оборонной политики.

Фундаментальные различия в экономических, социальных и политическихубеждениях и целях привели к противоборствующим отношениям между Соединенными Штатами и Советским Союзом. Тем не менее, обе стороны разделяют общую цель недопущения прямой конфронтации и снижения угрозы ядерной войны. Сейчас настоящим вызовом для американского государственного аппарата является эффективное использование этой общности интересов для сохранения мира без создания угроз нашей национальной безопасности и без предательства наших идеалов свободы и справедливости.

Для реализации своей экспансионистской политики СССР увековечил внутреннюю политическую систему централизованного тоталитарного контроля и мобилизовал и организовал эту систему для реализации своих международных целей. В международном масштабе советская власть поддерживает группы, ведущие так называемые войны «национального освобождения,» спонсирует вооружение и военную подготовку международных террористических групп, поддерживает и использует региональную нестабильность, ведет агрессивную и незаконную войну в Афганистане. Во многих других местах по всему миру советские советчики и боевые части также совершают действия, нарушающие международные соглашения.

Советы провели беспрецедентное наращивание военного потенциала, которое представляет постоянную угрозу для Соединенных Штатов и наших союзников. Советское руководство четко отдает предпочтение своей военной мощи, которая стала основным источником влияния СССР на международной арене. Десятилетиями Советский Союз распределял непропорциональный процент национальных доходов для создания своих вооруженных сил. Сейчас его вооруженные силы насчитывают более пяти миллионов военнослужащих (без учета более миллиона бойцов пограничной службы и других сил безопасности). Установлено, что на сегодня военные расходы составляют 15-17 процентов советского ВНП.

Советская военная мощь позволяет Москве обеспечивать серьезную оборону родины, а также принимать прямое и опосредованное участие в региональных конфликтах за пределами СССР. Более того, советские военные ресурсы все чаще используются для оказания влияния на политику других стран и поддержания нестабильности.

Связь между Советским Союзом и ростом мирового терроризма сегодня очевидна. Несмотря на то, что Советский Союз не обладает прямым контролем над большинством террористических групп, он осуществляет массовые поставки оружия, денег и оказывает консультационную помощь революционным группам, ведущим террористическую деятельность. Советы пытаются скрыть такую помощь с помощью посредников — радикальных правительств, таких как Куба, Северная Корея, Никарагуа, Сирия и Либия, которые напрямую взаимодействуют с  радикальными террористами и повстанцами. Несмотря на то, какую поддержку оказывает Москва, прямую или косвенную, конечными целями радикального терроризма являются Соединенные Штаты, Западная Европа, Япония и другие умеренные, прозападные правительства.

В последние годы Советский Союз стал более умело использовать инструменты государственной власти. Несмотря на значительное ослабление советской экономики, Политбюро активно применяет экономические инструменты в своей глобальной стратегии. Он использует торговлю с Западом для получения экономических рычагов воздействия, технологии и валюты.Приобретение, законными или незаконными способами, передовых военных технологий имеет особое значение для Советов, т.к. позволяет сократить сроки разработки оружия, снизить расходы и компенсировать слабость советской экономики. Приобретение производственных технологий имеет аналогичное значение для Советов, поскольку они помогают повысить эффективность оборонной промышленности.Доступ к западному производственному оборудованию, процессам и ноу-хау позволил советским оборонным заводам запустить производство передового оружия на пять лет раньше, чем это было возможно. Советы также пытаются заключить долгосрочные экономические договоры, которые создадут отношения зависимости от СССР (напр., о поставке энергетических ресурсов в Западную Европу).

Кроме того, Советы создали масштабный аппарат политического влияния. Этот аппарат включает самый огромный в мире пропагандистский механизм, объединяющий открытую и скрытую деятельность во всех СМИ; финансирование и поддержку иностранных коммунистических партий и подставных организаций; политическую и идеологическую обработку иностранных студентов, правительственных должностных лиц, террористических и военных личностей; а также управление восприятием иностранных гостей в СССР. Он также включает отдельные усилия, направленные на проведение «активных мероприятий,» таких как дезинформация, использование политических средств влияния и другие дезориентирующие операции.

Несмотря на то, что Советы нельзя назвать инициаторами всех революционных движений, их стратегия ясна и заключается в использовании внутренней уязвимости иностранных государств для поддержания возникновения режимов, находящихся под советским влиянием или контролем. Все это осуществлялось по принципу «мирного сосуществования» с Соединенными Штатами и Западом, которое представляло собой постоянное соревнование во всех формах, за исключением глобальной борьбы.

Уделяя надлежащее внимание советской угрозе, мы не должны игнорировать другие дестабилизирующие международные угрозы и проблемы, которые могут нанести серьезный ущерб интересам США, если не будут надлежащим образом разрешены. К ним, в частности, относятся некоммунистические государства с репрессивными правительствами и идеологией, противопоставленной нашей; международные экономические проблемы внушительного мирового долга, нарушение торгового баланса и снижение сравнительных преимуществ в нашей взаимозависимой глобальной экономической системе; стремительный рост населения Земли и связанные с этим проблемы бедности и обеспечения едой и водой; распространение ядерного оружия; торговля наркотиками; и нарушение прав человека.

Еще одну угрозу, которая особенно опасна по своей природе и масштабам распространения, представляет международный терроризм— мировой феномен, проявления которого становятся все более частыми, неразборчивыми и получают государственную поддержку. Терроризм, вероятно, останется отличительной чертой международной жизни до конца столетия. Он прямо атакует наши демократические ценности, подрывает наши дипломатические усилия, направленные на мирное разрешение конфликтов, иосновы цивилизованного общества. Эффективная борьба с терроризмом – это основная цель национальной безопасности Соединенных Штатов.

Единое понимание наших национальных интересов и целей на фоне главных угроз этим интересам имеет определяющее значение для разработки эффективных стратегий. Следующие два раздела будут посвящены основным элементам нашей внешней и обронной политики и методам достижения целей национальной безопасности. Эффективная интеграция нашей внешней и оборонной политики создает основу для нашей Стратегии национальной безопасности.

 

III. ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА США

ПРЕЕМСТВЕННОСТЬ ОСНОВНЫХ ЦЕЛЕЙ

Наша внешняя политика отражает основную идею нашей Стратегии национальной безопасности—распространение нашего демократического способа жизни. История неоднократно демонстрировала нам, что только демократии присуще уважение личных свобод и прав человека. В послевоенном мире демократия также продемонстрировала чрезвычайную экономическую жизнеспособность. С помощью более гибких экономик демократии продемонстрировали эффективность и динамизм, необходимый для поддержания силы в сложной международной экономической ситуации.

Если мы достигнем мира, который все хотим увидеть, демократии продолжат процветание. Сегодня среди стран с разным уровнем экономического развития демократические развиваются более быстрыми темпами. Соединенные Штаты должны стать примером демократии. К сожалению, многие в мире лишены возможности увидеть наш пример. Еще для большего количества он был искажен; а те, кто его видит и вдохновляется им, нуждаются в практической помощи.

Мы оказывали содействие ранее — в послевоенной Западной Европе и Азии — и мы должны сделать это опять. Наши достижения на этих территориях являются одной из самых выдающихся, позитивных глав новейшей истории.  Наша поддержка демократии не должна быть скрыта; он должна быть активной и видимой. Активная поддержка демократических сил в последние два десятилетия продемонстрировала ценность этой законной и важной деятельности. Существенная поддержка со стороны западноевропейских демократических партий значительно стимулировала успехи демократических движений в Испании и Португалии.

Мы заинтересованы в стимулировании конструктивных изменений, которые могут привести к укреплению политической стабильности, социальной справедливости и экономическому прогрессу. Изменения должны происходить изнутри по пути, продиктованному национальными и местными традициями. В некоторых случаях помощь и руководство лучше предоставляют другие демократии. Наши усилия должны быть основаны на терпении, уважении различных культур и признании наших собственных ограничений.

ИНСТРУМЕНТЫ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ

Соединенные Штаты располагают чрезвычайно широким диапазоном инструментов для защиты своих  международных интересов и поддержки развития по пути демократии во всем мире. Вполне возможно, что ни одно государство никогда не было соразмерно обеспечено. Эти инструменты обычно более эффективны, когда они используются совместо с другими. Все они должны быть приспособлены к изменяющимся ситуациям. Восстановление нашей национальной силы в текущем десятилетии произошло, благодаря созданию общей основы. Оно будет сохранено в следующем десятилетии только в случае защиты этой основы и надлежащего и эффективного использования инструментов, которые находятся в нашем распоряжении. К отдельным, но взаимосвязанным инструментам, от которых зависит успех нашей внешней политики, относятся следующие:

Моральныйиполитическийобразец. Американский дух и процветаниеявляется серьезной проблемой для идеологии и практических результатов наших оппонентов: свободное, плюралистическое общество работает.Эта сила образца представляет собой убедительное преимущество американского общества, но мы не должны отдавать на волю случая распространение информации об этом. В наших интересах распространить это сообщение организованно.

Военная мощь и экономическаяжизнеспособность. Большая военная мощь США необходима для поддержания стабильного, безопасного пространства, в котором возможна эффективная реализация дипломатии и сдерживание наших противников. Экономическая мощь Америки поддерживает эту силу и укрепляет наши отношения с другими странами, которые разделяют наши интересы в свободном и открытом международном порядке.

Союзныеотношения. Достижение американских целей зависит от сотрудничества с международными парнерами, разделяющими наши ценности. Такие отношения укрепляют нашу силу и снижают естественное нежелание американского народа взваливать на себя груз гарантирования безопасности. Предсказуемые трудности, которые периодически возникают в союзных отношениях, необходимо сравнивать с огромной пользой, которую такие связи приносят нам и нашим друзьям.

Помощь в обеспечении безопасности. Помогая нашим друзьям, союзникам и тем, на кого нацелились наши враги, мы снижаем возможность нашего вовлечения в опасные конфликты. Помощь в обеспечении безопасности за границей – это эффективные инвестиции в нашу собственную безопасность. Она способствует сдерживанию, поддерживает региональную стабильность, помогает обеспечить доступ к важным зарубежным военным объектам и снижает наши военные потребности. Решительное использование этого ценного инструмента внешней политики напрямую поддерживает наши интересы безопасности.

Экономическаяпомощь. В течение десятилетий после Второй мировой войны Америка вложила около 200 миллиардов долларов в экономическое развитие других стран. Эти финансовые ресурсы сыграли решающую роль в достижении важнейших целей США. Хорошо структурированная программа экономической помощи существенно укрепляет нашу позицию мирового лидера.

Торговаяполитика. Результат экономической помощи максимизируется, когда она совмещается с обоснованной торговой политикой, направленной на наиболее эффективное использование нашей помощи. Более того, торговая политика, которая усугубляет экономические трудности других стран, может только увеличить потребность в американской помощи в будущем. Соблюдение принципов открытого и справедливого мирового торгового порядка обеспечивает приобретение странами экономической силы, которая позволяет им стать на ноги и делает вклад в наше благосостояние посредством взаимовыгодной торговли. Интересы безопасности иногда требуют ограничения торговли и союзного сотрудничества для предотвращения усиления военной мощности наших противников.

Научное и технологическое сотрудничество. Для большинства стран доступ к передовым научным и технологическим ресурсам крайне важен для процветания и долгосрочного экономического роста. Мировое лидерство США ибольшие ресурсы в области науки и технологий являются важным стратегическими активами для укрепления существующих связей с друзьями и  союзниками и стимулируют дружественные отношения с возникающими государствами.

Частные инвестиции в развивающиеся экономики. Свободное движение международных инвестиций имеет основное значение для глобального экономического роста и открытого торгового порядка. Частные инвестиции США в менее развитые страны значительно способствуют их экономическому росту и поддерживают социальную стабильность. Во времена, когда развивающиеся страны борются за выполнение своих долговых обязательств, а ресурсы нашего национального бюджета ограничены, вложение частных инвестиций приобретает повышенное значение.

Дипломатическое посредничество. В регионах, в которых конфликт угрожает нашим интересам и интересам наших друзей, политические усилия обязательны для прекращения насилия, обеспечения свободы и национального самоопределения и закладывают основу будущей стабильности. Инициативы американской дипломатии основаны на эффективном и совместном использовании ранее упомянутых инструментов и умении представителей США действовать в качестве посредников при разрешении споров. Четкое заявление о наших обязательствах перед друзьями и союзниками, по сути, стимулирует их противников серьезно участвовать в переговорах.

Международныеорганизации. Многосторонняя дипломатия и участие в работе международных организаций позволяет бороться с общими глобальными проблемами и разделить задачу их разрешения. Умелая дипломатия США в рамках таких организаций послужила для укрепления наших общих целей, таких как поддержание мира, защита прав человека и стимулирование развития свободных экономических и политических систем.

Поддержкаборцовзасвободу. Инструменты внешней политики должны удовлетворять особые потребности тех, кто противостоит режимам советского типа, насажденным в странах третьего мира в 1970х и 1980х годах. Америка имеет длинную историю частной и правительственной поддержки групп, стремящихся к национальной независимости и свободе. Это чрезвычайно важные и необходимые меры, поскольку агрессивные максистско-ленинистские режимы явно угрожают международному миру и стабильности. Мы продвигаем путь свободы и демократии, чтобы продемонстрировать Советам, что их действия, нацеленные на распространение максистско-ленинистского тоталитаризма, не принесут им никакой выгоды.

МЕЖДУНАРОДНАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА

Соединенные Штаты проводят рыночноориентированную политику, стимулирующую экономический рост, как внутри страны, так и за ее пределами. Экономический рост Соединенных Штатов  — это опора, которая поддерживает нашу силу и позволяет развивать человеческий потенциал. Наша политика экономического роста обеспечивала опору для самого важного элемента нашей Стратегии национальной безопасности за последние шесть лет — восстановление военной мощи США. Динамический рост экономики США – предмет зависти для большинства стран мира. Сегодня мы трудимся в этой стране для восстановления американской производительности, поддержания нашего научного и технологического лидерства, реализации нашего человеческого потенциала и вхождения в 21й век с еще более эффективной и конкурентоспособной американской экономикой. Наша нация достигнет этих целейпосредством тяжелого труда, целенаправленности и стремления к возрождению американской промышленности.

Соединенные Штаты делают ставку на частные предприятия. Эта философия предусматривает высокие жизненные стандарты и экономическое развитие личности. Наша Стратегия национальной безопасности на международной экономической арене поддерживает рыночноориентированную экономическую политику, которая максимизирует экономические возможности и личное благосостояние.

Важно понимать, почему мы выбрали частное предпринимательство в качестве основы нашей международной экономической политики. Эта основная сфера, в которой Соединенные Штаты—и свободный мир, в целом—принципиально отличается от коммунистического мира. Советская экономическая модель характерируется неэффективностью централизованной командной экономики, упадком коллективных предприятий и неспособностью обеспечить надлежащий уровень жизни большинству советских граждан. Советская модель экономическую организациине работает и не будет работать.

Под руководством Генерального Секретаря Горбачева Советский Союз объявил о намерении провести ряд фундаментальных реформ в управлении экономической политикой.Недавно Горбачев пригласил частный сектор западных стран и ведущих предпринимателей США принять участие в будущем советской экономики. В свете советской инициативы мы должны задать себе вопрос, каким мы хотим видеть Советский Союз в ближайшие двадцать или тридцать лет. Понятно, что мы можем повлиять на результат только частично.  Но мы не должны игнорировать новые возможности для развития экономического взаимодействия между нашими двумя странами. Предоставление большей экономической свободы советскому народу соответствует интересам Запада до тех пор, пока это не способствует увеличению советских инвестиций в военные мощности.

Но мы должны подходить к такому взаимодействию с чувством реализма. Существуют сферы, в которых такое взаимодействие не будет конструктивным. Советское членство в Генеральном соглашении о торговле и тарифах (ГАТТ), например, не будет служить интересам Запада в данный момент. В дополнение к опасности политизации ГАТТ, государственно-администраивная торговая система СССР принципиально несовместима с ориентаций на свободный рынок, присущей международной торговой системе ГАТТ. К предложениям советских чиновников о возможном участии СССР в Мировом банке и Международном Валютном Фонде следует относиться с осторожностью по той же причине. При нынешних обстоятельствах мы будем выступать против такого членства.

Усилия СССР, направленные на расширение форм международного экономического сотрудничества, являются частью советской стратегии национальной безопасности. Помимо стимулирования развития советской экономики, она разработана для использования зависимости торговых партнеров и распространения власти и влияния СССР в целом. Торговля с Западом также может открыть доступ к передовым технологиям, которые будут использованы для советского военного строительства. Некоммунистические правительства учитывать соображения безопасности в процессе налаживания взаимодействия Восток-Запад.

А именно:

  • Согласно Хельсинскому договору межправительственное сотрудничество в экономической сфере должно зависеть от прогресса в других сферах отношений Восток-Запад, в том числе от соблюдения Востоком прав человека.
  • В отношении стратегических технологий необходимо обеспечить и совершенствовать контроль со стороны  Координационного комитета по экспортному контролю(COCOM) в целях сдерживания возможностей Советского Союза и его союзников в достижении равного или превосходящего уровня оборонных возможностей, по сравнению с Западом.
  • Международное энергетическое агентство (МЭА) должно продолжать свою деятельность, направленную на снижение зависимости стран-членов от ненадежных поставщиков энергетических ресурсов.

Ранее наша Администрация заложила международную экономическую основу для расширения сотрудничества с нашими союзниками. Мы попытались распространить идею о том, что будущее принадлежит тем, кто позволяет свободному предпринимательству управлять экономическими решениями, а не тем режимам, которые позволяют бюрократическим чиновникам определять курс экономического развития. В течение этих шести лет мы стали свидетелями того, как эти принципы превратились из концепции в реальность. Во Франции экономическая либерализация переживает период стабильного прогресса. В Японии, медленно, но уверенно, торговля и рынки капитала становятся более открытыми. В Германии и Соединенном Королевстве разрабатываются новые экономические курсы, направленные на поддержание роста с низким уровнем инфляции.

Мы считаем, что рыночноориентированная политика в долгосрочной перспективе  является залогом еще большего роста в Америке и в мире в целом. Мы делали все возможное для сдерживания протекционистских тенденций, как внутри страны, так и за ее пределами, поскольку протекционизм навредит всем свободным государствам. Непосредственные и долгосрочные затраты будут превышать краткосрочную выгоду, которую можно получить.

Мы поддерживали рыночную энергетическую политику и более открытую торговлю энергоресурсами в рамках Международного энергетического агентства. Мы были инициаторами создания основы для нового раунда переговоров в ГАТТ, который откроет рынки для нашего экспорта товаров и услуг и стимулирует рост, повышение эффективности и уровня мировой занятости. Мы установили более крепкие связи с нашими азиатскими партнерами, отмечая будущую роль американо-азиатских экономических отношений.

Промышленные государства Запада стали более зависимыми друг от друга. Ни одна из таких стран не сможет самостоятельно разрешить долгосрочные экономические проблемы. Соединенные Штаты и их союзники должны сотрудничать для нашего роста и процветания, а также для роста и процветания остального мира.

Повышение темпов мирового экономического роста, открытие рынков и улучшение ситуации с долгом развивающихся стран– это долгосрочные цели, которые мы сможем выполнить только посредством проведения разумной экономической политики, осмотрительного кредитования, прямых инвестиций и стратегий оказания помощи, которые приведут к всеобщему экономическому росту и растущим рынкам, необходимым для поддержания долгосрочного процветания. Крупные инвестиции капитала и ноу-хау в форме помощи, инвестиций, передачи технологий и обучения являются предпосылками регионального мира и коллективной безопасности, наряду с силами устрашения и оборонными союзами. Такая переоценка традиционной концепции  «распределения ответственности и затрат» соответствует возможностям Соединенных Штатов и наших союзников и измененным обязанностям коллективного лидерства.

Одним словом, наша международная экономическая политика основывается на мнении, что экономическая свобода не принадлежит нескольким избранным личностям, а является универсальным правом всех людей. Мы будем использовать нашу экономическую мощь и политическую волю для защиты и развития нашей визии мирового экономического будущего, которое принадлежит свободным людям, свободным правительствам и свободным экономическим предприятиям.

ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ИНФОРМАЦИОННЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ

Мы столкнулись с серьезной угрозой нашей национальной безопасности в политической сфере.  Этот вызов заключается в борьбе идей и поддержании политической инфраструктуры мировой демократии. Для достижения этой цели мы должны обеспечить нашу политическую оборону, так же как мы обеспечиваем нашу военную оборону.

Как показывают результаты опросов общественного мнения, две трети американских избирателей обычно не интересуются внешней политикой. Более того, только незначительное большинство сегодня считает, что эта страна должна играть активную роль в мировых делах — и это большинство уменьшается. Для внешней политики нет внутреннего электората –мы должны построить ее.

К инструментам реализации такого подхода относится ряд традиционных органов, ответственных за осуществление внешней политики, таких какГосударственный Департамент и Министерство обороны, Агентство  Международного Развития (AID) и Информационное агентство США (USIA), а также несколько менее традиционных участников, включая Министерство торговли и финансов и Торговое представительство США (USTR).

Другим игроком в сфере политической, информационной и коммуникационной деятельности является частный сектор. В течение последних шести лет частный сектор активизировался в качестве основного элемента в  разработке целей внешней политики США. Лидирующие частные лица и группы предпринимают шаги для определения и организации граждан по всей территории Соединенных Штатов, которые принимают прямое участие в отношениях государства с остальным миром. Частные добровольческие организации осуществляют незаменимую работу общественного просвещения. Мыоказываемимсерьезнуюпомощьиподдержку.

Фокусируясь на потребностях эффективной политической и информационной политики, мы должны помнить, что Советский Союз имеет более агрессивную программу пропаганды и введения общества в заблуждение, использующую различные методики, нацеленные не только на страны третьего мира, но и на наших союзников. Настоящий советский режим расширил спектр и активность мероприятий в области пропаганды и публичной дипломатии. Мы должны активно бороться с советской пропагандой и мероприятиями, используя все информационные программы США.

Наша политическая и информационная стратегия должна распространиться на людей в запретных районах, в частности, в СССР и Восточной Европе — чтобы поощрить надежду на изменения и донести обществу информацию о преимуществах свободных институтов. Это достигается с помощью электронных средств массовой информации, печатных материалов, расширения контактов и обмена идеями, возникшими в результате таких контактов. Процесс постепенных изменений произойдет изнутри,но стимул и визия «как могут обстоять дела» должны прийти в закрытое общество извне. Это визия страны, которая считает, что мир демократии – это более безопасный мир, мир, в котором больше возможностей реализовать принцип уважения человеческого достоинства всех людей.

РЕГИОНАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА

Западное полушарие. Оборона Северной Америки – это основная задача безопасности страны. Эта задача стала причиной создания после Второй мировой войны системы безопасности полушария, состоящей из ядерных средств устрашения США, расширенного сотрудничества с Канадой и поддержания договоренностей о коллективной безопасности с Латинской Америкой. Новые угрозы и новые возможности для демократии в Западном полушарии требуют возрождения этого традиционного подхода, основанного на общих интересах с нашими демократическими соседями в Карибском регионе, а также Северной, Центральной и Южной Америке.

Агрессивные марксисткие режимы на Кубе и в Никарагуа сделали Западное полушарие, которое ранее рассматривалось, как неоспоримо безопасное для Соединенных Штатов, регионом стратегических возможностей для Советского Союза. Ненадежность социальных и политических договоренностей в Латинской Америке и присутствие двух упомянутых советских государств-сателлитов, с их поддержкой партизанских движений в других латинских странах и их связями с международным терроризмом, предвещают длительную нестабильность и конфликт в регионе. Эта ситуация усугубляется экономическими проблемами и проблемами погашения задолжности, постоянной проблемой торговли наркотиками и растущим политическим влиянием наркоторговцев, которые—частно совместно с местными партизанскими группами—стали представлять серьезную угрозу для возрождения латинской демократии.

Политика национальной безопасностиСША для Западного полушария стремится к разрешению указанных проблем с помощью более широкого продвижения демократии, стимулирования экономического развития, укрепления диалога и дипломатии со странами региона и развития оборонительного потенциала, позволяющего достигнуть прогресса без деструктивного влияния извне. Многие текущие проблемы Соединенных Штатов выходят за рамки официальных договоренностей о коллективной безопасности, достигнутых в прошлые десятилетия. Наша национальная безопасность требует активной политической и экономической поддержки демократии и дипломатических инициатив полушария для укрепления союзов.

Западная Европа. БезопасностьЗападной Европы остается зоной приоритетных интересов Соединенных Штатов. Общие ценности, советская угроза, экономическая взаимозависимость США и Европы свидетельствуют о важности коллективной обороны, выраженной в форме НАТО.

Сегодня существуют две большие опасности для безопасности Западной Европы – это близость советских обычных и ядерных вооруженных сил и уязвимость поставок нефти для Западной Европы, из которых 60 процентов осуществляются по морю через Персидский залив.

Сплоченность альянса НАТО перед лицом этих угроз остается сильной и продолжает укрепляться путем проведения интенсивных консультаций по всем вопросам безопасности. В течение последних двенадцати месяцев было проведено более тридцати консультаций НАТО на высшем уровне. Такой интенсивный процесс, который мы полностью поддерживаем, привел к достижению фундаментального согласия в Альянсе относительно подхода к отношениям Восток-Запад во всех сферах, от контроля за вооружениями до прав человека. Общий подход Альянса, закрепленный в последних министерских протоколах НАТО, объединяет обязательство по сохранению сил, необходимых для защиты наших основных интересов, и готовность работать в направлении улучшения взаимоотношений посредством реального диалога с Советским Союзом.

Альянс значительноусилилсявпоследниегоды. Соединенные Штаты уделили особое внимание восстановлению отношений с Альянсом, а наши усилия по возрождению американской экономики обеспечили основной стимул для роста в Западной Европы. Другими важными факторами были вступление Испании в НАТО в 1982 году и прошлогодний референдум в Испании о поддержке последующего членства. Посредством размещения ядерных сил промежуточной дальности в 1983 и последующих годах Альянс продемонстрировал свое намерение защищать свои основные интересы перед лицом советского запугивания. В 1984 году Союзники запустили программу по наращиванию оборонительной мощности с использованием обычных вооружений, а в последнее время сосредоточились на расширении сотрудничества в области вооружений. В 1985-86 годарешительность и солидарность союзников заставили Советы вернуться за стол переговоров в Женеве и предпринять шаги для успеха переговоров.

Несмотря на активность и силу Атлантического Альянса, отношения НАТО стали напряженными в некоторых направлениях. Например, угрозу представляют протекционизм и торговый дефицит, разные методы борьбы с терроризмом, распределение расходов и иногда различная оценка советской угрозы. Более того, приоритеты внешней политики западноевропейских правительств относительно развития в Азии, Африке, Среднем Востоке и Латинской Америкине всегда совпадают с приоритетами США, частично, потому что Соединенные Штаты должны ориентироваться на глобальную перспективу.

Некоторые выражали сомнения, особенно в конце 1970х годов, относительнодлительнойответственностиСШАзабезопасностьЕвропы. Успешная реализация двухвекторного решения НАТО относительно ядерных средств промежуточной дальности(1979 г.) помешала попыткам СССР подорвать гарантии безопасности США относительно обороны Европы и стала основным стимулом к участию Советов в серьезных переговорах о реальном сокращении ядерных средств промежуточной дальности. Независимо от результатов этих переговоров, гибкая реакция потребует дальнейшего присутствия ядерного оружия США в Европе. Тем не менее,  НАТО постоянно работало в направлении уменьшения своего ядерного арсенала до минимального уровня, необходимого для сдерживания, и продолжает снижать свои запасы согласно решению, принятому в Монтебелло в 1983 году.

Перед нами стоит задача по поддержанию достигнутого темпа и преодолению неизбежного напряжения в наших отношениях с Альянсом. Взаимное соблюдение ценностей и интересов, которые заложены в основе Альянса, гибкость и политическая активность поможет Соединенным Штатам и их союзникам в создании еще более крепкого бастиона для сдерживания советской агрессии и запугивания.

Восточная Азия и Тихоокеанский регион. Соединенные Штаты – это сила Тихоокеанского регионаи достойный член мирового сообщества, который привел к росту мировой экономики. Советский военный потенциал в Азии и Тихоокеанском регионе существенно увеличился, но реакция США выходит далеко за рамки технических вопросов соответствующей военной мощи. Наша цель заключается в укреплении наших природных политических и экономических союзов и одновременной модернизации наших военных сил, размещенных в регионе.

Сотрудничество с Японией имеет основное значение для развития отношений США в регионе. Американо-японский договор о взаимной безопасностиофициально закрепил наши связи в области обороны, создав основу безопасности для широкого спектра экономических, социальных и политических союзов.

В сфере безопасности недавний пересмотр Японией своих целей по самообороне — особенно, связанных с обороной морских путей — имеет очень важное значение. Японские вооруженные силы наращивают потенциал, который может существенно помочь сдерживанию. В то же время, расходы Японии на оборону остаются незначительными на фоне огромной экономии, и в достижении оборонных целей Японии необходим больший прогресс. Но важное значение имеет постоянный и устойчивый рост указанных расходов в течение последних пятнадцати лет и, особенно, в течение последних пяти лет. Стоит отметить решение Японии об увеличении расходов на оборону до одного процента CNP.

Сегодня Япония является второй по экономической мощи державой в мире. Это достижение отражается в увеличении расходов Японии на оказание внешней помощи, которую она предоставляет основным стратегическим странам. В то же время японские экономические отношения стали источником политического напряжения. Активноесальдо торгового баланса Японии самое большое в истории. Такой прирост невозможно постоянно поддерживать и его необходимо сбалансировать. Мы совместно работаем на многих направлениях для достижения этой цели.

Наш альянс с Республикой Кореясохраняет исключительное значение. Северная Корея по-прежнему располагает вооруженными силами, которые в разы превосходят количество вооруженных сил Южной Кореи, получают дополнительную советскую вооруженную поддержку и находятся в руках правительства, широко известного своей склонностью к неожиданным действиями. Наше военное присутствие в Республике Корея имеет важное значение как для региональной стабильности, так и для местной безопасности, которая очень важна для экономического развития страны. Сейчас она столкнулась с критическим периодом своего политического развития, поскольку приближается к первой мирной смене власти, которая должна произойти после окончания срока Президента Чана в 1988г. В этом процессе Соединенные Штаты планируют использовать свое влияние для стимулирования корейцев к таким демократическим переменам. Но мы делаем это очень осторожно, уважая корейские традиции и политические реалии, а также учитывая постоянную угрозу безопасности.

Важность Китая говорит сама за себя. Его стремительный экономический рост на фоне основных экономических, социальных и политических преобразований является выдающимся достижением в истории страны.

Соединенные Штаты стремятся развить близкие, дружеские отношения сотрудничества с Китайской Народной Республикой вне какого-либо альянса и без иллюзий, что Китай является политическим партнером для США, и наоборот. Просто необходимо признать важность обеих стран друг для друга во многих сферах сотрудничества, даже если мы признаем различие наших политических систем.

На Филиппинах новое правительство столкнулось с серьезными накопленными политическими и  экономическими проблемами и проблемами безопасности. Используя все доступные нам инструменты, мы нацелены помочь этому ключевому союзнику Тихоокеанского региона в преодолении этих проблем, чтобы он смог достичь экономического роста, бороться с угрозой масштабных беспорядков и укрепить демократическое правительство.

Нашим вторым союзником в Юго-Восточной Азии является Таиланд, прифронтовое государство АСЕАН, имеющее границу с Камбоджа, оккупированной вьетнамцами, и является местом развития активной коалиции сопротивления Камбоджи, которая борется за самоопределение кхмерского народа. Поддерживая Таиланд, который несет на себе основное бремя беженцев в Юго-Восточной Азии, мы продолжим наше тесное сотрудничество в области безопасности, направленное на сдерживание агрессии и поддержку беженцев. Также мы продолжим сотрудничество с Таиландом в сфере борьбы с торговлей наркотиками.

Соединенные Штаты считают продолжающуюся оккупацию Камбоджи вьетнамскими силами недопустимой, поскольку она подрывает региональные усилия, направленные на достижение развития, мира и стабильности. Мы также  против возврата Красных кхмеров к власти в Камбодже. Мы будем и в дальнейшем поддерживать усилия АСЕАН, направленные на мирное политическое разрешение ситуации, и некоммунистические элементы коалиции сопротивления. В рамках нашей инициативы в ООН относительно региональных проблем мы нацелены играть конструктивную роль в решении проблем Камбоджи.

Несмотря на острые и серьезные расхождения с Вьетнамом, посредством двусторонних переговоров мы достигли наибольшего прогресса с момента окончания войны в поиске наших без вести пропавших военнослужащих за последние два года. Кроме того, будут продолжены наши двусторонние переговоры о гуманитарной поддержке беженцев, переподготовке интернированных лиц и американо-азиатов, направленные на гуманное разрешение указанных проблем. Тем не менее, мы не будем продолжать нормализацию отношений с Вьетнамом до тех пор, пока Ханой не согласится на разрешение ситуации Камбоджи, предусматривающее отзыв оккупационных сил.

Мы отметили незначительное, но долгожданное улучшение отношений между Лаосом и Соединенными Штатами. Для нас первым доказательством их искренности является развитие сотрудничества в поиске наших без вести пропавших военнослужащих.

На юге Тихоокеанского регионанаш многолетний альянс с Австралией, закрепленный Тихоокеанским пактом безопасности (АНЗЮС), остается основой нашей внешней политики в регионе. Соединенные Штаты уделяют особое внимание потребностям независимых государств юга Тихоокеанского региона.  Недавно мы согласовали основные моменты относительно договора об использовании исторического принципа в рыболовстве. Мы очень рады заключению данного соглашения, которое создает крепкую основу для дальнейшей дружбы и сотрудничества. Мы верим, что пакет помощи США, предусмотренный соглашением, приведет к развитию островных экономик. Кроме того, мы недавно отпраздновали создание нового Содружества США— Содружество Северных Марианских островов — и присоединение двух новых ассоциированных членов, Федеративных Штатов Микронезии и Республики Маршалловы Острова. Мы приветствуем этих новых участников в сообществе  Тихоокеанского региона.

Советский Союз и Восточная Европа. Как отмечалось ранее, наибольшую угрозу безопасностии национальным интересам США представляет глобальная угроза, создаваемая Советским Союзом. Нет сомнений в том, что  Москва стремится изменить существующую международную систему и установить советскую глобальную гегемонию. Эти долгосрочные цели СССРподтверждаются советской концепцией внешней и оборонной политики. Наша политика в отношении Советов основана на трех основных принципах:

  • Реализмподразумевает, что мы должны признать природу советской системы ипрямо и решительно решать проблемы в наших взаимоотношениях.
  • Сила включает не только военную мощь, но и политическую направленность, силу альянсов и экономическую стабильность. Советский Союз уважает силу и пользуется слабостью в своих интересах.
  • Диалогподразумевает, что мы открыты к обсуждению всех вопросов, которые нас разделяют, и готовы работать над практическим и справедливым разрешением проблем с соблюдением наших ключевых интересов.

В рамках данного подхода мы ведем диалог с Советами по четырем основным направлениям наших отношений: права человека; уменьшение региональных конфликтов; сферы взаимовыгодного сотрудничества; контроль над вооружениями. Во всех сферах наблюдается очень маленький прогресс.

В то же время, используя различные элементы нашей государственной власти, мы нацелены на сдерживание прямой и непрямой советской агрессии и снижение советского использования силы или угрозы силы. Мы будем продолжать нашу борьбу с советским экспансионизмом во всем мире.С 1981 года от советской агрессии не пострадала ни одна страна, и в последние годы Советы стали проявлять большую осторожность в развязывании новых военных конфликтов, хотя они и ихставленники продолжают активную деятельность в таких регионах, как Афганистан, Ангола, Камбоджа и Никарагуа.

Если коротко, то мы разработали политику, направленную на долгосрочное управление американо-советскими отношениями, которая позволит нам защищать свои интересы без резких колебаний и нереалистичных иллюзий, которые были характерны для некоторых периодов нашего развития в прошлом. Неоспоримым фактом является то, что отношения США-СССР по сути антагонистические и останутся таковыми в ближайшем будущем. Но обе стороны согласны, что мы обязаны сохранить мирный характер этих отношений. Мы готовы к долгосрочным программам и стабильному курсу, необходимому для соблюдения наших национальных интересов в этом направлении.

Соединенные Штаты имеют важные политические и экономические интересы в Восточной Европе. Мы никогда не признавали разделение Европы законным или постоянным. В Ялте не было никакого соглашения о разделении Европы на «сферы влияния».Скорее Советский Союз взял на себя обязательство предоставить Польше и другим государствам в Восточной Европе полную независимость и провести свободные выборы. Неисполнение советской стороной этих обязательств является одной из основных причин напряженных отношений «Восток-Запад». Наша политика в отношении Восточной Европы направлена на освещение положительной роли восточно-европейских государств в поддержании европейской стабильности и оказании умеренного влияния на Советский Союз.

Мы считаем, что Соединенные Штаты должны сотрудничать с восточно-европейскими странами на индивидуальной основе и изменять нашу политику в зависимости от условий развития каждой страны. Следуя этому принципу, мы дифференцируем нашу политику в отношении Восточной Европы для достижения различных целей. Она включает поддержание внутренней либерализации и более автономной внешней политики; поддержание безопасности посредством развития экономического и политического сотрудничества; и стимулирование реальных и долгосрочных улучшений в области защиты прав человека.  Кроме того, мы стремимся к поддержанию активного диалога посредством культурного и научного обмена, международных форумов, визитов на высшем уровне, двусторонних консультаций и контактов между народами разных стран.

Ближний Восток и Южная Азия. Наши основные интересы на Ближнем Востоке включают поддержание региональной стабильности, сдерживание и снижение советского влияния, обеспечение безопасности Израиля и наших друзей в регионе, сохранение доступа к нефти на условиях, приемлемых для нас и наших союзников, и сдерживание терроризма, финансируемого государством. Этим интересам угрожают продолжение конфликта между Ираком и Ираном, существование закоренелых арабо-израильских противоречий, рост в регионе антизападных политических движений и использование терроризма в качестве инструмента государственной политики, в частности, Ливией, Сирией и Ираном. Наша стратегия в регионе нацелена на охрану наших интересов от этих угроз; приближение разрешения палестинской проблемы и ирано-иракской войны посредством переговоров; поддержание безопасности и экономического благосостояния Израиля и умеренных арабских режимов; оказание помощи нашим друзьям в регионе в защите своей территории и международныхморских путей; изолировании и сдерживании государственных спонсоров терроризма.

Инициатива США от сентября 1982г. остается главной основой нашего подхода к мирному арабо-израильскому процессу. Наша первоочередная цель заключается в проведении прямых переговоров между Израилем и иорданско-палестинской делегацией, которые являются частью общей программы по расширению египетско-израильского мира и справедливого и длительного решения палестинской проблемы. Мы остаемся верны обязательствам по поддержанию быстрого и достойного переговорного разрешения ирано-иракской войны. Текущее поведение Ирана таит в себе серьезную угрозу нашим интересам и интересам наших друзей в регионе. До тех пор, пока Иран не прекратит бессмысленную борьбу с Ираком, мы будем активно работать в направлении блокирования потока вооружения и военных материалов в Иран.

Несмотря на жесткие бюджетные ограничения, экономическаяпомощь и содействие в обеспечении безопасности, наряду с взвешенной и гибкой политикой продажи оружия в регионе, остаются основными направлениями наших усилий по укреплению Израиля и умеренных арабских режимов. Мы не можем игнорировать реальные потребности наших друзей. В то же время, мы продолжим наши действия, направленные на изолирование и оказание международного давления на государственных спонсоров терроризма. Наши недавние меры против Ливии были предприняты для демонстрации политической, военной и экономической цены поддержки терроризма. Мы не имеем иллюзий о легком и быстром уничтожении этой опасности, но мы настроены решительно с ней бороться в тесном сотрудничестве с нашими друзьями и союзниками.

Цели США в Южной Азии включают снижение региональной напряженности; развитие сотрудничества между юго-азиатскими странами; предотвращение распространения ядерного оружия; и восстановление свободы афганского народа.

Политика США также направлена на общее улучшение двусторонних отношений со всеми странами субконтинента. Были достигнуты важные улучшения: налаживание отношений между Индией и США и поддержка США лучших отношений между Индией и Пакистаном. Настоящая Администрация предложила новый шестилетний план помощи Пакистану, предусматривающий финансирование в размере 4 миллиардов долларов, которое должно помочь Пакистану в противостоянии давлению, возникшему в результате советского захвата Афганистана. Пакистан принял на свою землю около трех миллионов афганских беженцев. Соединенные Штатыостаютсяосновнымспонсоромгуманитарной помощи беженцам.

Впервые Соединенные Штаты установили значительно улучшенные отношения с Индией и Пакистаном. Это позволяет нам поддерживать региональное стремление к миру, несмотря на возникновение периодических кризисов в индо-пакистанских отношениях.

Африка. Проблемы Африки требуют повышенного внимания из-за богатых природных ресурсов данного континента; его растущей роли на международных форумах; угрозы региональной безопасности в случае развития расового конфликта в Южной Африке; и советского, ливийского, восточно-европейского и кубинского авантюризма в регионе. Угроза демократии особенно сильна в Африке, и мы сильно обеспокоены распространением нарушений основных прав человека, как со стороны марксистско-ленинистских клиентов Советского Союза, так и посредством апартеида в Южной Африке. Источников конфликта в Африке множество: чрезвычайная бедность, существенное финансовое неравенство, этнические разногласия, неутвержденные границы и религия.

Политика США должна быть направлена на поддержание экономического развития и политической стабильности в Африке. Африканские лидеры начали признавать, что государственное регулирование не является решением, и начали реформирование своих экономик. Мы должны сотрудничать с другими странами-кредиторами и многосторонними институтами для развития этой тенденции в направлении политики экономических реформ и развития частного сектора.

Экономический рост не только стимулирует политическую стабильность, но и нуждается в ней. Мы должны продолжить поддержку мирного разрешения конфликтов без иностранного вмешательства. Ухудшение  экономических условий и политическая нестабильность создали условия для интервенции Советов, их  суррогантов, кубинцев и таких нарушителей стабильности как Ливия.

IV.  ОбороннаяполитикаСША

ВВЕДЕНИЕ

Оборонная политика Соединенных Штатов требует создания вооруженных сил, которые будут организованы, укомлектованы, обучены и снабжены для сдерживания и, при необходимости, сопротивления агрессии в рамках различных направлений развития потенциального конфликта. Наша Стратегия национальной безопасности, глобальные цели и характер угрозы требует от нас готовности защищать свои интересы далеко за пределами Северной Америки. Соответственно, наша стратегия опирается, в основном, на ускоренное развитие боеспособных сил, подкрепленное прочными партнерскими отношениями. Для развития таких отношений мы продолжим поддержку мирных передовых дислокаций наземных, военно-воздушных и военно-морских сил в Европе, Атлантическом и Тихоокеанском регионе; а также других дислокаций в Западном полушарии и Индийском океане. Количество и состав наших вооруженных сил определяется с учетом этих требований.

Проблемы, с которым мы столкнулись, динамичны и сложны. В нескольких особых ситуациях сохраняется значительный дисбаланс сил, поддерживающих Советский Союз. Кроме того, страны Третьего мира продолжают наращивать современное и особое вооружение.

Для снижения рисков нашей национальной безопасности необходима всеобщая интеграция военных комплексов США и союзников. Поскольку наше политическое и социальное наследие препятствует расширению и содержанию большого количества вооруженных сил в мирное время, мы вынуждены поддерживать безопасность с помощью национальных достижений Америки в сфере технологических инноваций; объема и разнообразия нашей национальной экономики; и сотрудничества в рамках альянса. Соединенные Штаты должны реализовывать стратегию конкуренции с Советами, которая использует наши конкурентные преимущества в указанных сферах.

Весь масштаб военного потенциала США должен балансироваться между боевыми подразделениями и подразделениями тылового обеспечения, а также между регулярными войсками и резервными подразделениями. Соединенные Штаты должны располагать особыми подразделениями—от подразделений, предназначенных для ядерного сдерживания, до сил по борьбе с терроризмом; а также силами общего назначения, способными вести действия в рамках конфликта высокой интенсивности, а также участвовать в менее масштабных конфликтах и спецоперациях. В то же время, мы должны уравнивать приоритеты между потребностями готовности, устойчивости, модернизации и наращивания сил.

Вооруженные силы США также должны развиваться в соответствии с планами, доктринами и порядком подчинения, которые предусматривают эффективное использование всех аспектов нашей военной мощи. В то время, как возможное использование ядерного оружия остается элементом нашей общей военной стратегии, нельзя рассматривать ядерные силы в качестве более дешевой альтернативы обычным вооруженным силам. Силы США должны быть способны к срочной дислокации для сдерживания масштабных кризисных ситуаций и конфликтов. Они также должны быть способны, в случае неэффективности сдерживания, расширить масштабы и интенсивность боевых операций, необходимых для завершения конфликта на условиях, выгодных для Соединенных Штатов и их союзников.

Соединенные Штаты должны содержать эффективные и надежные силы резерва и национальной гвардии, обучение и оснащение которых проводится с учетом уровня их военных миссий, а также силы береговой охраны и другие силы, которые поддерживают национальную безопасность. Соединенные Штаты также должны продолжить укрепление своих возможностей для наращивания и мобилизации человеческих и основных промышленных ресурсов, планирования в цлеях наиболее эффективного использования доступного стратегического предупреждения в случае кризиса или войны.

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ СИЛЬНЫХ СТОРОН США И СЛАБЫХ СТОРОН СССР

Один из главных принципов нашей оборонной политики состоит в том, что Соединенные Штаты не будут стремиться к уровню вооружения Советского Союза. Для преодоления советского количественного преимущества мы будем работать в направлении максимального использования преимуществ альянсов демократических, индустриальных стран со свободной экономикой.

Технологии. Соединенные Штаты и их союзникисохраняют технологическое превосходство над советским блоком практически во всех сферах военного развития. Этотехнологическоепреимуществообусловленофундаментальнойприродойдвухобществ. Дух исследования и свободный обмен информацией, характерный для Запада, неминуемо ведет к большему развитию технологий и инноваций, чем в закрытом обществе. Соединенные Штаты и их союзникипользуются объективным преимуществом не только в создании, но и в практическом использовании передовых технологий. Конкурентные общества свободного предпринимательства постоянно опережают экономики с центральным регулированием в продвижении инноваций, росте и применении новых технологий в различных сферах.

Технологии влияют на национальную безопасность двумя способами. Во-первых, способность использовать и адаптировать технологии обеспечивает общую экономическую стабильность Соединенных Штатов и их союзников, которая является основным элементом государственной власти. Во-вторых, использование технологического преимущества напрямую укрепляет оборону. Например, боеприпасы с точным наведением позволяют компенсировать советское преимущество в танковых войсках. Технология «стелс» позволяет бороться с масштабными советскими инвестициями в воздушную оборону. Достижения в технологиях противолодочной обороны и снижение шумности подводных лодок позволяет сохранять преимущество в морской обороне, несмотря на количественное преимущество советского военно-морского флота. Особенно следует отметить, что преимущество США в компьютерных технологиях и программном обеспечении широко используется в военной сфере для развития всех видов боевой техники.

Советы, естественно, осознают преимущество западных технологий и предпринимают активные действия для приобретения и использования западных технологий. Соответственно, важнейшим элементом нашей оборонной политики является контроль за передачей технологий и защита секретной информации о военных технологиях. С этой целью мы предприняли меры для укрепления наших планов и ресурсов в сфере контрразведки и защитных контрмер по обеспечению безопасности, о чем я упомянул в моем отчете перед Конгрессом в ноябре 1986 г.

Конкурентныестратегии. Конкурентные стратегии нацелены на использование наших технологических преимуществ в проведении систематических и подготовленных мероприятий по снижению эффективности Советовв военной сфере. Такие стратегии нацелены на обеспечение отсталости огромной советской военной машины и принуждение Советов к невыгодному для них перераспределению ресурсов в таком направлении, которое не будет угрожать нашим силам. Например, технология уменьшения уровня демаскирующих признаков (стелс) может заставить Советы уменьшить количество инвестиций в наращивание воздушного флота и перераспределить ресурсы с наступательных сил на силы обороны. Вклад новых технологий в конкурентные стратегии имеет определяющее значениев принятии решений о военных закупках.

Альянсы. Третьей сферой преимуществ США и слабых сторон Советов являются отношения внутри альянсов. В то время как Советский Союз возглавляет империю, пережившую несколько вооруженных восстаний за последние сорок лет, Соединенные Штаты являются лидером добровольного объединения равных между собой государств. Союзники США, в частности наши партнеры НАТО, делают основной вклад в общий военный потенциал Запада. Признавая этот вклад, наша оборонная политика основывается на основополагающем принципе, который заключается в том, что мы будем стремиться преодолеть советскую мощь не в одиночку, а совместно с нашими союзниками во всем мире, равномерно  распределяя между собой обязательства.

В НАТО это означает сохранение нашей поддержки усилий Альянса по улучшению общего баланса вооружённых сил и обычных вооружений Запада, в том числе необходимое экономическое и военное содействие союзникам  НАТО на критически важном южном фланге. Это означает включение наших партнеров НАТО в нашу стратегию—на самом деле, у Соединенных Штатов нет отдельной военной стратегии для обороны Европы, но они являются партнером в стратегии сдерживания и обороны, разработанной НАТО. За пределами Европы Соединенные Штаты стремятся создать сильные связи с государствами во всем мире, помогая дружественным и союзным государствам в наращивании их военного потенциала и стимулируя их к более активной роли в обеспечении собственной обороны.

Силаличности. Одно из самых больших преимуществ в нашей борьбе с Советским Союзом – это характер нашего народа. Западные общества, для которых характерна ориентация на личность, создают резкий контраст репрессивной природе советского государства. Инициатива, предпринимательство и мотивация свободных людей – это источник великой силы, когда люди выдвигаются на передний план в великой борьбе. Будучи неосязаемыми, эти качества являются важным активом, который недоступен Советам. Оборонная политика признает этот факт, делая упор на честность и лидерство человека, а обучение и тактика особое внимание уделяют личной инициативе и проявлению личных возможностей.

ПОДДЕРЖАНИЕ СТРАТЕГИЧЕСКИХ СРЕДСТВ УСТРАШЕНИЯ

Сдерживание – это основной элемент нашей оборонной политики и основа наших отношений с союзниками. Сдерживание должно не только предотвратить нападение на Соединенные Штаты с применением обычного или ядерного оружия, но должно оказать такую же поддержку для наших союзников. Эффект сдерживания может быть максимальным в том случае, если наша оборонная тактика представит последствия войны для Советов или других противников таким опасными и непредсказуемыми, что позволит устранить все возможные причины начала конфликт. Сдерживание зависит от состояния ядерных и обычных вооружений и от демонстрации твердого намерения использовать военную силу для защиты наших интересов.

В то время как сдерживание требует создания возможностей для разрешения разных аспектов конфликта, его основой являются наши стратегические ядерные силы и доктрина их использования. Ядерное сдерживание, как любая другая форма сдерживание, требует от нас оценки не того, что может сдержать нас, а того, что может сдержать Советы, восприятие мира и система ценностей которых существенно отличается от наших. Поскольку мы никогда не можем быть полностью уверенными в советских намерениях, чрезвычайно важно отсутствие сомнений относительно эффективности наших стратегических сил и нашего намерения их использовать.

В интересах сдерживания Соединенные Штаты содержат диверсифицированные стратегические силы, предназначенные для отражения разоружающего первого удара, осложнения советских наступательных планов и защиты от технологических неожиданностей, которые могут таить угрозу для какого-либо элемента наших стратегических сил. С этой целью, мы поддерживаем различные способы базирования, стартовые платформы и наступательные средства, используя SLBM (баллистические ракеты подводного базирования), ICBM (межконтинентальные баллистические ракеты) и бомбардировщики. Надлежащее и боеспособное командование и управление – это неотъемлемый элемент структуры стратегических сил, который имеет важное значение для эффективности наших стратегических средств устрашения.

Наши стратегические силы и соответствующая декларируемая политика должны быть направлена на то, чтобы  сделать ядерную войну абсолютно недопустимым и неконструктивным решением для советского руководства. Соответственнонаша стратегия:

  • Отрицает возможности Советов в достижении значимых военных целей, подвергая риску советские возможности ведения войны. К ним относятся все советские вооруженные силы и военная промышленность, которая создает основу советской военной мощи и поддерживает потенциал к ведению затяжного конфликта.
  • Подвергает риску политические образования, которые советское руководство ценит больше всего: механизмы обеспечения выживания Коммунистической партии и ее руководящих кадров и сохранения контроля Партии над советскими народами.

Наша основная стратегия нацеливания на активы, имеющие основное значение для советского военного потенциала и политического контроля, составляла политику США на протяжении многих лет. Реализуя эту стратегию, Соединенные Штаты не рассматривают население в качестве цели и стремятся минимизировать сопутствующие разрушения посредством использования более точного маломощного оружия.

Мы не можем позволить Президенту столкнуться с ситуацией, когда единственным возможным ответом на агрессию будет капитуляция или массовые разрушения.

Таким образом, помимо подвержения риску активов, которые важны для советского руководства, Соединенные Штаты также должны проявить гибкость в использовании своих стратегических сил. Важно, чтобы у нас были различные варианты реагирования на вероятные конфликтные ситуации. Такая гибкость реагирования повышает эффективность наших сил устрашения и демонстрирует Советам, что Соединенные Штаты имеют в распоряжении различные военные варианты ответа на агрессию.

Наконец, Соединенным Штатам также необходим достаточный вспомогательный потенциал, позволяющий максимально быстро прекратить военный конфликт и избежать принуждения в поствоенном мире. Поэтому мы поддерживаем резерв ядерных сил, который является частью наших стратегических сил. Мы также реализуем программы сохранения правительства в качестве основного элемента сдерживания для демонстрации Советам того, что онине смогут избежать расплаты с помощью быстрого «отстраненного» удара, нацеленного на захват политического и военного лидерства США.

Этот потенциал не означает, что Соединенные Штаты стремятся развязать ядерную войну. Я не устаю повторять, что ядерную войну невозможно выиграть и ее нельзя развязывать. Но мы хотим сдержать противника с позицией, которая очень сильно отличается от нашей—позицией, которая делает ставку на возможность развязывания ядерной войны. Необходимо, чтобы Советы понимали, что они не смогут достичь своих целей с помощью ядерного конфликта ни при каких обстоятельствах. Для этого Соединенные Штаты должны ясно продемонстрировать Советам, что США могут дать должный отпор попыткам СССР развязать ядерную войну, и что мы располагаем необходимыми средствами, чтобы помешать СССР в достижении военных целей без неизбежного обмена ядерными ударами.

Стратегические оборонительные действия. Наша политика гибкого реагирования и сдерживания с помощью угрозы ответного наступательного удара обеспечивала безопасность Соединенных Штатов и их союзников в течение десятилетий. В то же время, наращивание советских стратегических сил создало угрозу для основы сдерживания. Заглядывая в будущее, Инициатива стратегической обороны США предлагает возможности создания более безопасной и стабильной основы сдерживания посредством большего упора на стратегические оборонительные действия. Такие действия, не создавая никакой угрозы, существенно укрепят сдерживание, подрывая уверенность Советов в возможности достижения основных военных целей с помощью одного удара. «Непреодолимая оборона» уже не будет нужна, чтобы заставить Советы сомневаться в возможности достижения основных военных целей. Даже несовершенные оборонительные действия могут существенно повысить стабильность, устанив возможные причины первого удара со стороны СССР. Принимая решение о приемлемости систем для возможного размещения, мы будем продолжать руководствоваться критерием военной эффективности, сохранения боеспособности и рентабельности.

Снижая военную ценность баллистических ракет и окончательно выводя их из употребления, стратегические  оборонительные действия также стимулируют Советы заключить договоренности о значительном сокращении вооружений. Однако в мире с меньшим количеством баллистических ракет у СССР будет больше возможностей к обману. Стратегические оборонительные действия могут эффективно устранить эти возможности, снизив целесообразность тайного хранения ракет. Таким образом, они предлагают перспективы более стабильного и безопасного мира, в котором сокращение стратегических наступательных вооруженийобсуждаемо и осуществимо.

Коротко говоря, стратегические оборонительные действия могут существенно изменить Стратегию национальной безопасностиСША с момента окончания Второй мировой войны. Позволяя нам перейти от угрозы массового уничтожения к сдерживанию агрессии, стратегические оборонительные действия могут положительно изменить американо-советские стратегические отношения, повысив безопасность народов обоих государств и их союзников. Мы продолжим убеждать Советы объединиться с нами в направлении стабильного перехода к этой достижимой цели.

Программа стратегической модернизации США. Постоянная стратегическая модернизация США имеет важное значение для эффективного сдерживания, укрепления стабильности истимулирования Советов к проведению переговоров относительно широкого, глубокого, справедливого и контролируемого сокращения стратегических наступательных вооружений. В то время как мы решительно настроены на использование контроля над вооружениями в качестве компонента нашей политики по укреплению безопасности США и их союзников, будет исключительно опасным предвосхитить успех в контроле над вооружениями. Пренебрежение стратегической модернизацией в ожидании соглашений о сокращении вооружений будет иметь обратный эффект, что снизит вероятность таких соглашений в результате ослабления одного из важнейших факторов стимулирования Советов к заключению соглашений.

История продемонстрировала нам, что открытое стремление к поддержанию военного баланса с Советами и ограничение их возможностей для достижения существенного стратегического преимущества является неотъемлемой основой для серьезных переговоров относительно контроля над вооружениями. Именно действия США по выравниванию дисбаланса заставили Советы рассмотреть возможность сокращения основных вооруженных сил, которое обсуждалось в г. Рейкьявик. Даже если мы добьемся успеха в заключении таких соглашений, Соединенные Штаты будут продолжать свою работу в направлении создания модернизированных, эффективных и боеспособных ядерных сил с целью поддержания сдерживания, укрепления стабильности иразработки мер против советского обмана или отмены договоренностей в процессе перехода на новый уровень с меньшим количеством вооруженных сил.

Со своей стороны, Советы продолжают инвестировать в стратегическую модернизацию, делая упор на точных быстрых баллистических ракетах, способных уничтожать защищенные цели. Их целью было и остается создание потенциала для нанесения первого эффективного разоружающего удара. Они всегда стремились к повышению неуязвимости ICBM посредством укрепления пусковых шахт. В последнее время они продолжали двигаться в этом направлении с помощью маневренности, в том числе непрерывного размещения дорожно-мобильных  SS-25 и подготовки для размещения наземных SS-X-24.

В то же время, Советы продолжают инвестироватьпримерно такую же сумму средств в программы стратегической обороны, а также в модернизацию наступательных сил. Они расширяют и усовершенствуют только размещенные в мире системы ПРО. Они продолжают нарушать Договор по ПРО, имея радар в Красноярске и укрепляя свой потенциал для выхода из Договора посредством стремительного размещения национальной системы ПРО. Их комплексная программа гражданской обороны предусматривает широкую и растущую сеть глубоких подземных бункеров для руководства, созданных с целью сохранения контроля Коммунистической партии над советским государством, экономикой и вооруженными силами в период войны. Их стратегические коммуникации избыточны, неуязвимы и защищены от ядерного удара. Их активная и пассивная оборона, упорное наращивание наступательных сил и заявленная доктрина подтверждают советскую нацеленность на ведение ядерной войны и абсолютную необходимость поддержания эффективности стратегических средств устрашения США.

С этой целью, в 1981г.мы реализовали Программу стратегической модернизации для поддержания боеспособности и эффективности собственных вооруженных сил перед лицом количественного и качественного усугубления советской угрозы. К основным элементам данной программы в сфере обороны можно отнести:

  • улучшенное стратегическое командование, контроль и коммуникации для обеспечения своевременного предупреждения о нападении и средств передачи  ответных приказов нашим стратегическим силам.
  • модернизацияICBM, основанная на PEACEKEEPER (MX) и Small ICBM, которые за счет маневренности имеют повышенную неуязвимость.
  • модернизация SLBM, в том числе размещение субмарины TRIDENT и ракеты TRIDENT II.
  • обновление бомбардировщиков и крылатых ракет, в том числе размещение B-1B и реализация плана действий США относительно техники уменьшения уровня демаскирующих признаков посредством разработки Бомбардировщика и Крылатой ракеты нового поколения.
  • программы стратегической обороны, включая SDI и Инициативу воздушной обороны, для прекращения длительного пренебрежения оборонными программами в целом и извлечения выгоды из потенциала, предлагаемого современными технологиями для радикальной трансформации основы сдерживания и создания фундамента для более безопасных и стабильных стратегических отношений с Советским Союзом.

КОНТРОЛЬ НАД ВООРУЖЕНИЯМИ

Контроль над вооружениями – это не отдельная цель, а неотъемлемая часть Стратегии национальной безопасности. Его необходимо рассматривать как один из нескольких инструментов обеспечения нашей национальной безопасности и реализации наших фундаментальных национальных интересов выживания Соединенных Штатов как свободного и независимого государства. Наши цели контроля над вооружениями полностью интегрированы в оборонную и внешнюю политику в целях укрепления сдерживания, снижения риска, поддержания союзных отношений и предотвращения достижения Советами значительного одностороннего преимущества над Соединенными Штатами.

Основываясь на видении контроля над вооружениями в качестве стимула для сильной национальной обороны, политика США по контролю над вооружениями с начала деятельности настоящей Администрации основана на нескольких принципах:

  • Соединенные Штаты стремятся к заключению только таких соглашений, которые поддерживают нашу безопасность и безопасность наших союзников.
  • Соединенные Штаты стремятся к заключению соглашений, которые снижают количество вооружений, а не только запрещают их наращивание.
  • Заключение соглашений, предусматривающих широкое, глубокое и справедливое сокращение наступательных ядерных вооружений – это наивысший приоритет Соединенных Штатов в области контроля над вооружениями.
  • В рамках категории наступательного ядерного оружия Соединенные Штаты отдают приоритет максимальному сокращению наиболее дестабилизирующего оружия: скоростные безотзывные баллистические ракеты.
  • Соединенные Штаты также стремятся к объективному контролю над вооружениями в области испытаний ядерного оружия, химического оружия и обычных вооружённых сил.
  • Соединенные Штаты поддерживают соглашения, которые можно выполнить в полном объеме и исполнение которых можно эффективно проверить. Соглашения по контролю над вооружениями без эффективной системы контроля хуже, чем отсутствие соглашений, поскольку они создают возможности для советскогоодностороннего преимущества и могут повлиять на планирование США и союзников, создавая ложное чувство уверенности.

Эти принципы очень отличаются от советского подхода к контролю над вооружениями. Советы исторически пытались использовать процесс контроля над вооружениями для достижения одностороннего преимущества путем изменения военного баланса в свою пользу. В то же время, они получили дополнительное преимущество, не соблюдая важные положения действующих соглашений по контролю над вооружениями, будучи уверенными в отсутствии обмана и полном исполнении соглашений со стороны Соединенных Штатов.

Такой подход оказался частично успешным для Советов в прошлом. Соглашения по контролю над вооружениями 1970х годов существенно узаконили плановую советскую стратегическую структуру, одновременно сдерживая модернизацию наших сил посредством снижения общественной поддержки главных стратегических программ. Типичной ошибкой прошлого был договор SALT II от 1979г. (SALT — переговоры об ограничении стратегических вооружений), фундаментально несовершенное соглашение, которое не было ратифицировано. Неравное и недоступное для проверки в отношении исполнения основных положений, оно не способствовал интересам безопасности Соединенных Штатов и их союзников и стабильности американо-советских стратегических отношений.

Заключенные ранее соглашения по контролю над вооружениями были несовершенны по причине несоблюдения Советами основных положений— эти нарушения существуют и сегодня. Они зашифровали телеметрические данные, связанные с испытаниями баллистических ракет, что затрудняет осуществление контроля. Они разместили запрещенный второй новый вид ICBM, SS-25, и превысили количественное ограничение, действующее в отношении стратегических средств доставки ядерных боеприпасов. Советы также нарушили Промежуточное соглашение SALT I 1972 года; и в отношении Договора по ПРО, который упоминался ранее, Красноярский радар остается явным нарушением.

В результате обеспокоенности США относительно структуры SALT и несоблюдения Советами обязательств в мае  1986г. я распорядился о том, что Соединенные Штаты должны принимать решения относительно структуры своих стратегических сил, исходя из природы и масштабов угрозы со стороны советских стратегических сил, а не из стандартов, закрепленных несовершенным, нератифицированным и просроченным договором, который постоянно нарушается Советским Союзом. В то же время я указал, что — принимая во внимание неизменность угрозы, с которой мы столкнулись — Соединенные Штаты не будут размещать больше стратегических средств доставки ядерных боеприпасов или боеголовок стратегических баллистических ракет, чем размещает Советский Союз. Таким образом, обеспечивая содержание достаточного количества стратегических средств устрашения, Соединенные Штаты продолжат демонстрироватьмаксимальную сдержанность для создания необходимой атмосферы, которая позволит добиться советского согласия на значительные сокращения.

В то время  как основная цель Соединенных Штатов в области контроля над вооружениями заключается в существенном сокращении стратегических наступательных вооружений, мы также задействованы в ряде переговоров и обсуждений по другим вопросам. Подход США ко всем этим сферам закономерный. Мы поддерживаем только те соглашения, которые содержат справедливые положения, подлежат контролю и укрепят нашу  безопасность и безопасность наших союзников.

А именно:

— В сфере ядерных средств промежуточной дальности (INF) мы стремимся к полному отказу от целого класса оружия: наземные INF (LRINF) ракеты дальнего радиуса действия. В качестве промежуточной цели мы стремимся к заключению глобального соглашения, предусматривающего ограничение в 100 LRINF ракетных боеголовок для размещения в Советской Азии и Соединенных Штатах, не затрагивая границы Европы.

  • В соответствии с нашей позицией о том, что стратегические оборонительные меры могут создать более стабильную основу для сдерживания, мы стремимся к заключению с Советами соглашения о плавном переходе к миру с более надежной обороной.
  • Мы предложили эффективный проверяемый глобальный запрет на химическое оружие.
  • Мы стремимся к переговорам внутри альянса о создании более стабильного баланса обычных вооруженных сил от Атлантики до Урала на более низком уровне. Такое сокращение должно подлежать эффективному контролю и признавать географическое неравенство двух сторон.
  • В сфере ядерных испытаний мы стремимся к улучшению системы контроля, которая позволит ратифицировать существующие договора: Договор о пороговом ограничении испытаний и Договор о ядерных взрывах в мирных целях. После удовлетворения нашей обеспокоенности относительно контроля и завершения процесса ратификации мы будем готовы к переговорам с Советами о постепенной реализации программы ограничения и прекращения ядерных испытаний наряду с программой сокращения и окончательного прекращения использования любого ядерного оружия.
  • Наконец, мы стремимся укрепить стабильность посредством улучшенных мер, которые позволят предотвратить разногласия в периоды кризиса. Мы добились прогресса в этом направлении на последней конференции в Стокгольме.

Мы считаем, что во всех указанных сферах система эффективного контроля имеет такое же значение, что и особые условия переговоров; их необходимо обсуждать одновременно. Мы не можем принять на себя обязательства, которые существенно ограничивают наши военные программы, если не будем располагать инструментами контроля за соблюдением таких же обязательств со стороны Советов. Это имеет особо важное значение в свете постоянных нарушений советской стороны, отмеченных в нескольких докладах, представленных мною Конгрессу.

Значительный прогресс в отношении целей США в области контроля над вооружениями был достигнут на встрече между мной и Генеральным Секретарем Горбачевым в октябре 1986 г. На этой встрече мы договорились о 50%-ном сокращении стратегических наступательных сил и значительном глобальном сокращении INF ракет. В ближайшее время мы будем работать в направлении заключения соглашений по этим вопросам. Следуя нашему приоритету относительно радикального сокращения наиболее дестабилизирующих стратегических систем—и в ответ на желание советской стороны о 10-тилетнем обязательстве соблюдать Договор по ПРО– мы предложили принять такое обязательство в течение 1996 года, при этом будут продолжены исследования, разработки и испытания, разрешенные Договором по ПРО. В то же время, предложенное соглашение предусматривало:

  • 50%-ное сокращение стратегических наступательных сил Соединенных Штатов и Советского Союза в течение первых пяти лет десятилетнего периода.
  • Уничтожение всех американских и советских наступательных баллистических ракет любого вида и вооружения в течение вторых пяти лет.
  • Договоренность о том, что любая из сторон вправе размещать передовые стратегическиеоборонительные сооружения после истечения десятилетнего периода только при наличии согласия другой стороны.

Слишком рано прогнозировать дальнейший курс контроля над вооружениями после Рейкьявика. Многое зависит от отношения Советского Союза. Во время переговоров в Женеве Соединенные Штаты выдвинули предложения, отражающие договоренности, достигнутые в Исландии; Советский Союз выдвинул предложения, которые только частично отражают договоренности Рейкьявика. Если Советы продолжат свой текущий курс, направленный на торможение прогресса в переговорах и закрытие Инициативы Стратегической Обороны, то будущие перспективы прогресса обречены. С другой стороны, если они проявят стремление к соблюдению договоренностей, достигнутых в Рейкьявике, мы можем двигаться по направлению к большей стабильности и более безопасному миру. Двигаясь к такому миру, я продолжу свой курс широкого, глубокого, справедливого и контролируемого сокращения вооружений и реализацию Инициативы стратегической обороны в качестве основы более безопасной и стабильной формы сдерживания.

Наконец, я хочу отметить, что показателем успеха в контроле над вооружениями является не количество проведенных встреч и подписанных соглашений. А скорее то, являются ли подписанные соглашения стимулом для обеспечения безопасности США и безопасности союзников и достижения мира и стабильности или нет. Демонстрируя гибкость и терпеливость, Соединенные Штаты подолжат отвергать договоренности, которые не направлены на укрепление безопасности США и безопасности союзников и поддержание глобальной стабильности.

СОДЕРЖАНИЕ ОБЫЧНЫХ СРЕДСТВ УСТРАШЕНИЯ

Обычные оборонные средства передового базирования.Стратегический ядерный потенциал имеет неотъемлемое значение для сдерживания, но его не достаточно. Соединенным Штатам и их союзникам необходимы надежные обычные вооруженные силы в качестве компонента общих средств устрашения. Стратегия национальной безопасностиСША построена на концепциях передовой обороны и союзной солидарности. В рамках этой стратегии мы размещаем силы передового базирования на море и на территории наших союзников в НАТО и Азии в мирное время. Общее количество вооруженных сил США определяется с учетом такого присутствия, которое необходимо для сдерживания агрессии.

Самая главная угроза, к борьбе с которой должны быть готовы такие силы, это, конечно, советская угроза. Советские силы могут превосходить наши — даже когда для баланса брошены силы союзников.

Поэтому мы должны уделять особое внимание поддержанию количественного превосходства сил на уровне, необходимом для выполнения задач устрашения и ведения боевых действий.

Отдельная характеристика американской оборонной политики состоит в том, что Соединенные Штаты не планируют бороться с угрозой Советского Союза самостоятельно. Единственный эффективный способ сдерживания Советов – это сильные альянсы. Самым важным из этих альянсов является НАТО, который более поколения поддерживал мир и безопасность в Европе.В то время как ни один партнер НАТО не может сравниться с массивными советскими обычными вооруженными силами, вместе мы способны создать мощные средства устрашения.

Вклад США в НАТО. Соединенные Штаты поддерживают средства устрашения НАТО несколькими способами. Наиболее видимая поддержка – это мирное размещение более 300,000 военного персонала на европейской территории. Хотя наши союзники содержат большую часть обычных вооруженных сил в Европе и будут делать это в период кризиса и мобилизации, присутствие сил США свидетельствует о том, то нельзя напасть на НАТО, не задействовав всю военную мощь Соединенных Штатов.

Помимо прямого размещения сил Соединенные Штаты оказывают помощь в обеспечении безопасности тем союзникам НАТО, экономики которых не позволяют сделать желаемый вклад в общую оборону. Такая помощь является важным и экономически эффективным фактором повышения боевой эффективности, повышающим политическую сплоченность и военную эффективность НАТО. Наконец, Соединенные Штаты обеспечивают «ядерный зонт» над НАТО, который является одной из основ стратегим НАТО на протяжении десятилетий.

Стратегиягибкогореагирования. Стратегия устрашенияНАТО требует возможности гибкого реагирования, исходя из природы советской провокации. Помимо обычных вооруженных силСША и союзников, поддерживаемых стратегическими ядерными силами Соединенных Штатов, реализация этой стратегии требует наличия эффективных и надежныхнестратегических ядерных сил. Соединенные Штаты делают вклад в поддержание трех основ «Триады НАТО»: обычные вооруженные силы, нестратегические ядерные силы и стратегические силы. Решение НАТО 1979 года о модернизации ядерных сил путем размещения крылатых ракет наземного базирования и баллистических ракет Pershing II помогло выровнять дисбаланс, возникший в результате размещения советской стороной ракет SS-20, нацеленных на территорию НАТО. Это решение также продемонстировало нацеленность НАТО на поддержание эффективности и целостности собственных средств устрашения и помогло заложить основу для переговоров относительно эффективного контроля над вооружениями, нацеленного на снижение угрозы баллистических ракет для НАТО.

В отличие от Советского Союза политика НАТО заключается в создании нестратегических ядерных сил на самом низком уровне, необходимом для сдерживания угрозы Варшавскому договору. Врамкахэтойполитикивоктябре1983г. Альянс принял решение об уменьшении количества боеголовок в Европе на 1,400 штук, в дополнение к уменьшению на 1,000 боеголовок, проведенному в 1980 г. Такие самостоятельные сокращения, не связанные с каким-либо соглашением по контролю над вооружениями, сократят арсеналы ядерного оружия НАТО в Европе до самого низкого уровня за последние 20 лет. Такие действия создают необходимость обеспечения боеспособности и эффективности оставшегося арсенала.

Сдерживание атак с применением химического оружия. В то время как ни НАТО, ни Соединенные Штаты не стремятся столкнуться с Советами оружие к оружию, сдерживание будет ослаблено, если Советы получат возможность наращивать потенциал, который никак не будет компенсироваться соответствующим потенциалом НАТО. Такая предпосылка, которая лежит в основе решения НАТО о модернизации ядерных сил, в одинаковой степени распространяется на наши цели модернизировать химическое оружие США путем разработки современных, безопасных, бинарных боеприпасов. Такая модернизация позволит нам сдерживать первое использование Советами химического оружия. При отсутствии такой возможности мы будем зависимы от  устаревших запасов унитарного химического оружия, плохо приспособленного к современным системам поставки, и ядерного потенциала альянса для сдерживания Советов—что явно создает нежелательную и очень рискованную ситуацию.

Масштабы и интенсивность конфликта. Наша стратегия признает, что Советский Союз, вместе с союзными силами, способен проявить агрессию одновременно в нескольких регионах. Если агрессия возникнет в нескольких регионах одновременно, военная реакция США будет зависеть от существующих обязательств, общих стратегических приоритетов, особых местных обстоятельств и наличия вооруженных сил. Такая способность реагирования будет усилена гибкостью, которую мы создали в наших вооруженных силах, в том числе от наших возможностей глобальной стратегической мобильности и переброски войск. Эта способность эффективного реагирования на удаленные угрозы снижает риск возникновения таких атак.

Если мы будем вынуждены ответить на такое нападение, мы будем нацелены на скорейшее прекращение войны с применением минимального насилия, необходимого для восстановления мира на условиях, выгодных для Соединенных Штатов и их союзников. Если первые попытки предотвращения агрессии провалятся, стратегияСША предусматривает гибкое использование силы в течение всего времени столкновениядля защиты всех основных интересов. В случае эскалации, несмотря на наши усилия по сдерживанию интенсивности конфликта, мы будем использовать наши силы для предотвращения дальнейшей эскалации конфликта с соблюдением наших национальных интересов.

Таким образом, наша стратегия признает, что на природу, расположение и интенсивность наших военных действий в конфликте с Советским Союзом влияет множество факторов. Наша стратегия не состоит в ведении военных действий везде и одновременно.Мы будем делать то, что стратегически необходимо и возможно при существующих обстоятельствах. Но нам необходим потенциал для надлежащего реагирования на основные мировые угрозы, чтобы наша слабость не искушала наших противников.

Другие обязательства США. НАТО — не единственный наш альянс. Соединенные Штаты имеют двусторонние и многосторонние договоренности по обеспечению безопасности более, чем в 43 странах мира.

В рамках этих договоренностей и в целях сдерживания советского и спонсируемого Советами авантюризма Соединенные Штаты содержат войска передового развёртывания во многих регионах стратегического значения. Помимо нашего флота в Средиземном море Соединенные Штаты поддерживают масштабное военно-морское присутствие на востоке Тихоокеанского региона. Менее масштабное присутствие в Индийском океане необходимо для защиты наших интересов в Юго-восточной Азии. Военно-воздушные силы США, размещенные в Тихоокеанском регионе, позволяют нам выполнять наши обязательства в сфере безопасности перед такими странами, как Япония и Филиппины. Значительные наземные и воздушные силы размещены в Корее для оказания содействия Республике Корее в сдерживании агрессии с Севера.

Наши глобальные войска передового развёртывания выполняют несколько функций. Они необходимы для создания регионального баланса сил, который сдерживает советскую агрессию и проддерживает общую региональную стабильность; они поддерживают политическую независимость стран на советской периферии и, таким образом, играют важную роль в выполнении основной стратегической цели США, которая заключается в предотвращении советского доминирования на евразийском материке; и, наконец, они могут использоваться для немедленного реагирования в небольших военных столкновениях.

Хотя Советский Союз является главной угрозой для Соединенных Штатов и их союзников, это не единственная угроза. Войска передового развёртывания также могут бороться с местной агрессией, поддерживать региональную стабильность и служить видимым доказательством готовности и способности Соединенных Штатов защищать свои интересы. В отношении военных конфликтов, не связанных с Советским Союзом, Соединенные Штаты, в первую очередь, взаимодействуют с вовлеченными странами, помогая им обеспечить их оборону.

Прямое вовлечение вооруженных силСША – это последнее средство, к которому необходимо прибегать только, когда установлены четкие политические цели и доступны соответствующие военные силы. Если боевые войска США вовлечены, Соединенные Штаты будут стремиться ограничить масштабы конфликта, избежать вовлечения Советского Союза и достигнуть целей США в кратчайшие сроки.

За последние шесть лет мы существенно повысили потенциал наших войск передового развёртывания, предназначенных для защиты интересов США, реализации нашей Национальной стратегии и выполнения союзных обязательств. Мы неуклонно реализуем курс постоянных совершенствований в развертывании войск в рамках реализации нашей стратегии передового развертывания и выполнения союзных обязательств. В следующих параграфах приводятся некоторые средства, которые являются основой этой стратегии.

Обеспечение возможностей глобальной поддержки и мобильности. Возможность усиления и пополнения войск передового развёртывания имеет первоочередное значение для реализации стратегии США передовой обороны и союзной солидарности. Например, быстрое усиление сил НАТО в период обострения ситуации  является неотъемлемвм условием эффективного сдерживания.

Советы имеют природное географическое преимущество в отношении стран евразийской территории и растущие возможности для проведения одновременного наступления в Европе, Юго-восточной Азии и Дальнем Востоке. Используя внутренние каналы связи, они могут перебазировать и пополнять силы на большом географическом участке. Недавние действия СССР значительно улучшили военный доступ по железной дороге и автомагистралям к стратегически важным регионам вдоль южных границ СССР.

Таким образом, наши возможности глобальной поддержки и мобильности, включаявоздушыне и морские перевозки и заблаговременное размещение запасов, необходимы для борьбы с военными конфликтами вдоль периферии евразийского континента, которая остается основной целью для советских экспансионистских интересов. Заблаговременное размещение запасов на берегу или на море может существенно сократить время нашего реагирования. Воздушные перевозки, самый быстрый и гибкий способ нашей мобильности, обеспечит первоначальные запасы в любых ситуациях; но морские перевозки неизменно будут обеспечивать поставку основных запасов и сил, как это происходило в прошлых кризисных ситуациях. Для сокращения времени реагирования Соединенные Штаты совмещают заблаговременное размещение запасов с морскими и воздушными перевозками. Возможности мобильности особенно важны для нашей стратегии борьбы с конфликтами в Юго-восточной Азии, где у нас нет военных баз или вооруженных сил постоянного базирования.

В рамках нашего союзного подхода к безопасности союзники США делают огромный вклад в эффективность нашей мобильности. Наши союзники не только предоставляют аэдромы и порты, они также дополняют наши возможности воздушных и военных перевозок. Наконец, союзное сотрудничество является предпосылкой для заблаговременного размещения запасов.

В начале текущего десятилетия мы столкнулись с проблемой быстрого передвижения большого количества сил, необходимого для сдерживания советской агрессии, размещая силы в двух и более точках одновременно или поставляя материалы в менее развитые регионы. С 1981 года при поддержке Конгресса мы достигли значительного прогресса в решении этих проблем, увеличив наш потенциал морских и воздушных перевозок и заблаговременно разместив большие запасы за границей. Тем не менее, мы достигли не всех целей. В частности, вызывает обеспокоенность затяжной спад в торговом судоходстве США. Эта проблема дополняется спадом в развитии флота США, который приводит к сокращению притока рабочей силы на американские суда—а также на суда Резерва первой очереди, Резервный флот национальной обороны и любые действующие суда под контролем США, которым может понадобиться обновление экипажа. Недостаток торговых моряков в краткосрочной перспективе может негативно повлиять на нашу способность поддерживать военные силы посредством стратегических морских перевозок.

Создание необходимой базы МТО. Для поддержания обычных средств устрашения важно обеспечить необходимое материальное снабжение сил США. Надежная логистическая инфраструктура укрепляет сдерживание, демонстрируя нашу готовность к конфликтам любой интенсивности и время, необходимое для защиты интересов США. Надлежащее непрерывное снабжение помогаетповысить ядерный порог, укрепляет сдерживание и повышает вероятность быстрого успеха в конфликте. Противники не должны иметь оснований, чтобы считать, что США и их союзников можно ослабить с помощью сложной и затяжной военной кампании.

На протяжении последних шести лет мы достигли значительного успеха в улучшении нашей военной базы МТО, что позволяет более эффективно реализовывать нашу стратегию сдерживания. При поддержке Конгресса мы стремимся к постоянному улучшению в этом малопривлекательном, но важном компоненте военной мощи. Параллельно мы продолжим обращать внимание наших союзников на важность улучшения базы МТО их сил, чтобы их автономность в военном конфликте соответствовала автономности наших сил.

Содержание необходимого количества регулярных сил. Для поддержания наших обычных средств устрашения нам необходимо поддерживать сбалансированные и эффективные регулярные силы, достаточные по качеству и количеству для реализации нашей Национальной Военной Стратегии. В контексте наших союзных отношений сдерживание и, при необходимости, предотвращение советской угрозы требует создания сбалансированной структуры наземных и морских сил США и союзников, способных реализовывать согласованную стратегию до получения подкрепления мобилизационными ресурсами соответствующих стран. В случае НАТО, близость к территории Альянса основных наземных, воздушных и морских сил Варшавского пакта, скорость развертывания современного конфликта, существенное количественное преимущество Пакта и нацеленность Советов на неожиданные действия, – все это говорит в пользу создания надежных, продвинутых и гибких обычных вооруженных силСША и союзников.

На силы наземного базирования Соединенных Штатов и их союзников возложена основная ответственность за ослабление советского нападения и защиту союзной территории, а также за одновременное уничтожение  войск второго эшелона, на которые опирается советская стратегия для закрепления первоначального успеха. Наземные силы США и союзников при поддержке тактических воздушных сил нуждаются в потенциале для прекращения союзного нападения и восстановления целостности территории Альянса, если необходимо достичь политические и военные цели НАТО. При отсутствии такого потенциала стратегияАльянса становится зависимой от угрозы использования ядерного оружия для эффективного сдерживания и ведения боевых действий.

На протяжении десятилетий фундаментальной целью США было снижение риска ядерной войны путем поддержания высокого ядерного порога. Для достижения этой цели в случае столкновения с советскими силами силы Соединенных Штатов и их союзников должны быть способны реализовать свои миссии с помощью обычных вооружений. В случае наших сил наземного базирования в Европе это требует постоянного обновления и модернизации для поддержания качественного уровняна фоне количественного союзного преимущества.

В то время как требования НАТО охватывают решение нашей обеспокоенности относительно наземных сил, глобальная природа потенциальных угроз интересам США требует создания гибких и разнообразных наземных сил, способных на быстрое размещение и проведение эффективных операций в стратегических регионах. С этой целью в Армии созданы пять дивизий быстрого размещения и реализовываются меры для наращивания потенциала морской пехоты. Такие наземные силы при соответствующей тактической поддержке с воздуха являются важными элементами нашего потенциала по разрешению особых мировых ситуаций.

Тактические воздушные силы помогают в достижении целей наземных сил путем обеспечениятактического превосходства в воздухе,оборонной и наступательной огневой мощи для маневренные части Армии, а также нанесения ударов по второму эшелону вражеских войск, улучшения возможностей командования и источников логистической поддержки. Кроме того, они играют важную роль в усилении и пополнении войска передового развёртывания США, защищая порты, аэродромы выгрузки и линии коммуникаций. Способность вооруженных сил к быстрому размещению в кризисных ситуациях усиливает наши возможности по сдерживанию угроз для наших интересов в отдаленных регионах.

Морские силы играют уникальную роль в реализации нашей военной стратегии. С учетом нашего геостратегического положения между двумя океанами морское превосходство крайне необходимо для поддержания наших союзных отношений и войск передового развёртывания. В то время как военное превосходство зависит, в основном, от потенциала наших военно-морских сил, воздушные силы наземного базирования также обеспечивают их эффективность, выполняя ряд важных операций, например, предупреждение о воздушных атаках врага, поддержка тактической авиации морского базирования, оказываемая самолетами-заправщиками дальнего действия, и размещение противолодочных мин.

Морское превосходство позволяет нам использовать географическую уязвимость СССР и создать глобальную угрозу для интересов Советов. Оно играет ключевую роль в планах обороны союзниковНАТО на европейских флангах. Оно также позволяет Соединенным Штатампривязать советские военно-морские силы к оборонительной тактике защиты советских подводных лодок с баллистическими ракетами и морских подходов к советской территории, и таким образом минимизировать военную угрозу для укрепления и пополнения сил Европы морскими путями.

Мобильная природа военно-морских сил позволяет им напрямую влиять на наземные кампании путем использования тактической авиации морского базированияи десантных силдля захвата стратегически важных территорий, укрепления союзников с доступом к морю или создания угрозы для морских флангов наземных сил врага.

Эти возможности проявления силы далеко за пределами нашей территории имеют исключительное значение с учетом центральной позиции Советского Союза на Евразийском континенте, расположения самых главных союзников Соединенных Штатов на периферии Евразии и прибрежных островах инестабильности многих районов Третьего мира, в которых не обеспечено военное присутствие США.Наш военно-морской потенциал может сыграть неотъемлемую роль в кризисных ситуациях, возникающих в Юго-восточной Азии.

Необходимое для реализации стратегии военного времени морское превосходство играет одинаково важную роль в мирное время. Мобильные военно-морские силы, легко размещаемые во время кризиса, являются традиционным символом нашего намерения и возможностей защищать свои интересы. Они зарекомендовали себя в качестве незаменимого инструмента урегулирования кризисных ситуаций для каждого президента США с конца Второй мировой войны. Наконец, предусматривая быстрое применение власти США, морское превосходство обеспечивает региональную стабильность в Индийском океане, Центральной Америке, Ближнем Востоке и других регионах стратегического значения.

Тенденции развития морской отрасли, в основном, благоприятные. Мы постоянно движемся к нашей цели по созданию Флота из 600 кораблей и 15 авианосных ударных групп. При поддержке Конгресса программы действующей Администрация должны гарантировать существенное морское превосходство до конца этого столетия.

Создание эффективных сил резерва и национальных мобилизационных ресурсов. Эффективная мобилизация человеческих и промышленных ресурсов в случае конфликтаобеспечивает серьезную поддержку нашего военного потенциала. При расходовании около 6 процентов ВНП на оборону наша мирная экономика сконцентрирована на потребностях гражданского рынка, а не на оборонных требованиях страны. Мы опираемся на изначальный объем и силу экономики США в качестве нашей последней линии обороны, подключаясь к гражданскому производству в той мере, которая необходима, исходя из ситуации.

В результате, нам необходима способность увеличить нашу промышленную базу для производства дополнительных военных материалов, необходимых во время конфликта. Таким образом, эффективность промышленной базы имеет военное и стратегическое значение. Соответственно, ПравительствоСША продолжает продвигать инициативы, которые поддерживают повышение промышленной производительности и модернизацию.

Кроме того, через процедуру закупок правительство стремится стимулировать повышение производительности, улучшить производственные технологии и повысить конкурентоспособность США на международном рынке.

Для реализации наших программ промышленного развития Соединенные Штаты на протяжении тридцати лет проводили программу формирования запасов, предназначенную для обеспечения запасов важных видов сырья для оборонных и основных гражданских целей во время чрезвычайных ситуаций. Важно проводить модернизацию программы формирования запасов с учетом текущих требований, изменений в промышленном потенциале и новых промышленных и технологических достижений. Поскольку в Конгрессе существуют разногласия относительно политики формирования запасов, мы должны возобновить наши усилия по разрешению этих разногласий и разработке реалистических целей и политик, которые обеспечат работу модернизированной системы запасов в будущем.

В отношении человеческих ресурсов Политика единых сил, утвержденная в начале 1970х годов,предусматривает повышенную ответственность за создание резервных сил США. На сегодня 50 процентов боевых подразделений для ведения наземных операций находятся в резерве. Резервные подразделения ежедневно выполняют важные задачи и функции. Приоритет их комплектации, обучения и модернизации оборудования основан не на мирном статусе сил «в резерве», а на их прямой интеграции в оперативные планы и миссии государства. Во многих случаях,  последовательность размещения поставит резервные подразделения рядом, а иногда и впереди регулярных сил.

Для максимизации экономической эффективности Политики единых сил мы должны поддерживать сбалансированную структуру боевых и вспомогательных элементов регулярных и резервных сил, расходов на их содержание и сопутствующих уровней риска. В случае регионов с особой миссией, в которых может быть расширена роль резервных компонентов, мы должны быть осторожны, чтобы избежать предъявления требований к персоналу, которые существенно изменят природу службы в резерве. Наши мирные операции, передовое базирование и общая стратегия сдерживания требует наличия надежных, сбалансированных и готовых к действиям военных учреждений.

КОСМИЧЕСКАЯ ПОДДЕРЖКА НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Соединенные Штаты используют космические системы для осуществления различных видов деятельности, направленных на обеспечение национальной безопасности, включая командование, контроль, коммуникации, навигацию, оценку местности, предупреждение, разведку и исполнение договоров. Выполнение этих операций требует надежного доступа США в космос. Поэтому в конце прошлого года я распорядился о создании  национального потенциала США для запуска в космос с использованием сбалансированного комлекса пусковых установок, включающих транспортную космическую систему и ракеты-носители одноразового применения. Элементы такого комплеска служат удовлетворению потребностей национальной безопасности, гражданского правительства и коммерческого сектора космической деятельности США.

В рамках этого подхода Министерство обороны предприняло шаги для разработки и закупки ELV среднего размера. ОнибудутдополнятьШаттл и существующие ELV мелкого и крупного размера. Кроме того, будут разработаны правительственные спутники для двойной совместимости с любым Шаттлом или ELV.

Учитывая повышенную зависимость США и союзных сил от космической поддержки, мы должны быть готовы к защите наших космических активов от вражеского вмешательства. Соответственно, другие инструменты космической программы национальной безопасности включают разработку концепций и техник, которые обеспечат выживание систем в кризичсных ситуациях, а также разработку противоспутниковых систем для выявления угроз для космических систем США и лишения противника возможности использовать в войне свои космические ресурсы, таким образом исправляя серьезную асимметрию космических потенциалов США и СССР. Советы запустили свою противоспутниковую систему (ASAT) более десятилетия назад. На сегодня это единственная ASAT система в мире. Запрет Конгресса на проведение испытаний нашей опытной ASAT системы против космических целей сохраняет монополию Советов на ASAT потенциал и должен быть отменен.

В целом, советские космические программы масштабные и развивающиеся. Их широко известные программы пилотируемых космических полётов, амбициозные научные программы освоения космоса и их грядущие возможности запуска в космос кораблей с большой грузоподъемностью – все это будет создавать серьезные проблемы для становления космического лидерства США в ближайшие годы. Кроме того, этот потенциал создает основу для быстрой разработки и размещения военных космических активов в период кризиса или войны.

Инновационные технологии безопасности, а также гражданские и коммерческие приложения являются элементами национального аэрокосмического самолета. Разработка такого самолета объединяет передовые технологии воздушных и космических полетов, направленных на создание самолета, который сможет функционировать в двух атмосферах (атмосфере земли и космическом вакууме). Первый полет экспериментального самолета может произойти в середине 1990х годов.

РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНАЯ ПОДДЕРЖКА НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Для разработки и реализации Стратегии национальной безопасности необходима эффективная разведка.

Эффективная реакция США на эту форму войны требует национальной нацеленности на соблюдение долгосрочных обязательств. Соединенные Штаты осуществляли урегулирование проявлений Конфликта низкой интенсивностипосредством жесткой политики борьбы с терроризмом; поддержки демократических движений сопротивления; и политической, экономической и военной поддержки развивающимся странам для предотвращения и разрешения конфликтов низкой интенсивности.

Политика США по разрешению Конфликтов низкой интенсивности кратко можно изложить следующим образом: Если этого требуют интересы  США, Соединенные Штаты:

  • Примут меры для усиления дружественных государств, столкнувшихся с внутренними или внешними угрозами их независимости и стабильности,посредством систематического применения полного спектра политических, экономических, информационных и военных инструментоввласти. По возможности, действия будут предприниматься до того, как нестабильность приведет к насилию.
  • Будут работать в направлении устранения первопричин нестабильности и конфликтов в странах Третьего мира, реализуя программы торговой и инвестиционной помощи, которые поддерживают экономическое развитие и рост демократических социальных и политических обществ.
  • Могут поддерживать избранные движения сопротивления, работающие против режимов, действующих против интересов США. Такая поддержка будет предоставляться по согласованию с друзьями и союзниками и может охватывать политические, информационные, экономические и военные аспекты.
  • Будет предпринимать шаги для предотвращения советского авантюризма и повышения расходов тех, кто использует ставленников или террористические силы для извлечения выгоды из нестабильности в странах Третьего мира.

Стратегии работы с Конфликтами низкой интенсивности должны координировать использование различных политических инструментов между правительственными органами США и на международном уровне. Реагирование может опираться на экономические, политические и информационные инструменты, а также на военную помощь.

Экономическая политика и Конфликты низкой интенсивности. Политика США в отношении Конфликтов низкой интенсивности признает, что долгосрочное политическое и экономическое развитие устранит первопричины нестабильности в странах Третьего мира, снизит привлекательность тоталитарных режимов и в конечном счете приведет к созданию условий, выгодных для интересов США и Запада. Поэтому мы будем поддерживать распространение свободной торговли, развитие частного предпринимательства и независимость местных экономик. Помощь США в целях развития и реализации программы экономической помощи поддерживают такую политику. Кроме того, мы будем поощрять инвестиции в страны Третьего мира, если такие инвестиции направлены на сбалансированный экономический рост.

Информационная политика и Конфликт низкой интенсивности. Конфликт низкой интенсивности– это  политическая борьба, в которой идеи могут играть такую же роль, как и вооружение. Мы значительно опережаем наших противников в этой сфере. В отличие от наших противников, мы имеем открытую политическую систему, которая базируется на коммуникациях и истине. Тем не менее, мы должны обеспечить распространение в странах Третьего мира правдивой информации об американских идеалах и целях.

Политическиеинструменты и Конфликт низкой интенсивности.Мы признаем, что другие страны вправе не реализовывать демократическую линию развития, аналогичную нашей. Тем не менее, мы стремимся поддерживать развитие политических систем, которые защищают права человека, представительное  правительство, свободные институты и человеческое достоинство. Мы делаем это, демонстируя свой пример и защищая наши идеалы. Мы также можем стимулировать развитие социальных порядков, оказывая помощь в борьбе с угрозами безопасностии выявляя экономические причины нестабильности.

Военные инструменты в Конфликте низкой интенсивности. Основой стратегии США для решения Конфликтов низкой интенсивности, направленных против наших друзей и союзников, заключается в позиции о том, что военные институты в государствах, которые оказались под угрозой, должны быть способны обеспечивать безопасность своих граждан и правительства. Политика США в отношении Конфликтов низкой интенсивности признает, что наиболее целесообразным способом достижения национальных целей является скорее непрямое – чем прямое—применение военной мощи США. Поэтому основным военным инструментом в разрешении Конфликтов низкой интенсивности является помощь в обеспечении безопасности.

Основная роль вооруженных сил США в Конфликте низкой интенсивности заключается в содействии реализации программ по обеспечению безопасности. Военные службы также должны быть готовы оказать, при необходимости, прямое военное содействие. Обычно такая помощь заключается в техническом обучении и МТО. Службы и Объединенное командование также должны быть готовы к проведениюособых и миротворческих операций, если такие операции необходимы для защиты национальных интересов. Боевые войска США будут задействованы в Конфликте низкой интенсивности только в самом крайнем случае, когда будут отсутствовать другие способы защиты основных национальных интересов.

Торговля наркотиками и Конфликт низкой интенсивности.Торговля наркотиками может разжигать насилие, стимулировать нестабильность и угрожать правящим институтам. Быстрое получения прибыли от незаконной торговли наркотиками и сопутствующее использование международных финансовых сетей для отмывания денег от таких операций может спровоцировать такой тип нестабильности, который приведет к Конфликту низкой интенсивности. Поэтому наша политика по борьбе с торговлей наркотиками является важным компонентом нашей политики по урегулированию Конфликтов низкой интенсивности.

Терроризм и Конфликт низкой интенсивности. При определенных обстоятельствах терроризм может стать важным аспектом Конфликта низкой интенсивности. Действующая Администрация приложила существенные усилия для разработки и реализации политики по борьбе с международным терроризмом. Эта политика направлена на сдерживание, предотвращение и эффективное реагирование на международные террористические акты. Тем не менее, политика в отношении Конфликта низкой интенсивности охватывает более широкий аспект проблем групп и правительств, против которых терроризм применяет подрывное оружие.

Мы должны осознавать, что Конфликты низкой интенсивности – это, как правило, продолжительная борьба. Кроме того, большинство инструментов, которые можно применить в их отношении, работают не напрямую и в течение длительного периода времени. Поэтому мы должны быть терпеливыми в такой борьбе. Важно одержать победу, но еще важнее признать, что зачастую мы не сможем ее добиться легко и быстро. С другой стороны, мы располагаем важными преимуществами. Мы представляем модель политического и экономического развития,  которая обещает свободу вместо политического господства и экономических лишений. Если мы сможем защитить нашу безопасность и поддерживать условия стабильности и открытой торговли в странах Третьего мира, то политические, экономические и социальные силы со временем начнут работать на нас.

V. РЕАЛИЗАЦИЯ СТРАТЕГИИ

Данный раздел доклада содержит обсуждение возможностей США по реализации Стратегии национальной безопасности, представленной в предыдущих разделах, при этом особое внимание уделяется тем сферам, недостаток ресурсов в которых препятствует эффективному достижению важных целей  Национальной стратегии.

ВОЗМОЖНОСТИ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ

Соединенные Штаты зависят от иностранного содействия и других программ иностранных операций, разработанных для защиты национальной безопасности и распространения наших ценностей и принципов во всем мире. Наши программы зарубежных операций предусматривают экономическую и военную помощь, продовольственное обеспечение, помощь в целях развития, международное образование и программы развития коммуникаций, зарубежные операции Госдепартамента и другие важные функции.

Эти программы конвертируют нашу внешнюю политику в позитивные, видимые действия, направленные на помощь народам, которые столкнулись с экономическим упадком, и содействие в области экономического и политического развития, направленное на поддержку свободных и демократических обществ. Программы также помогают правительствам, стремящимся защитить себя от внешних и внутренних угроз. Помогая нашим друзьям укрепить безопасность, мы также помогаем создать необходимые предпосылки для экономического и политического развития.

Одинаково важно, чтобы наши программы рассказывали людям об американских идеалах и ценностях. Формируя понимание того, к чему стремятся Соединенные Штаты, мы можем повлиять на положительное направление развития. Общая цель наших усилий – создать более стабильный мир, в котором будут процветать человеческие социальные и политические порядки и который может обеспечить сбалансированный экономический рост.Если вкратце, то наши программы иностранных операций нацелены на поддержку позитивных изменений, которые будут защищать наши национальные интересы в течение длительного времени. Стабильный мир, в котором страны могут удовлетворить экономические потребности своих граждан и уважают права человека, — это мир, более безопасный для Соединенных Штатов и их друзей.

Мы тратим всего лишь около двух процентов нашего федерального бюджета на различные программы иностранной помощи. Этобесспорноденьги, потраченныененапрасно. Эти расходы компенсируются добром, которое мы делаем, проблемами, которые мы помогаем решать, и угрозами, с которыми мы боремся. Это инвестиции с высокой долей заёмных средств. Тем не менее, наши программы иностранной помощи не получают надлежащую поддержку Конгресса. В течение нескольких последних лет бюджет Администрации для оказания иностранной помощи строго урезался Конгрессом. Хотя все программы должны нести нагрузку сокращения бюджетного дефицита, сокращение иностранной помощи обычно очень непропорционально, по сравнению с другими программами.

Это ситуация из серии «За маленьким погнался — большое потерял». Мы не можем отказываться от иностранной помощи, как от ненужной программы, которая расходует деньги, которые могли бы лучшим образом потрачены для американцев. Изначально такая позиция ошибочна. Большая часть средств в рамках программ иностранной помощи мы тратим для покупки товаров и услуг, произведенных в Соединенных Штатах. Наши программы продовольственной помощи один из лучших примеров, но и другие программы, такие как иностранные военные программы, также напрямую увеличивают экспорт США.

Более того, наши программы помощи работают для разрешения проблем, преодоления трудностей и урегулирования конфликтов, которые в случае пренебрежения могут перейти в кризис, который негативно повлияет на интересы США. Если мы не будем активным участником в создании мирового порядка, к которому мы стремимся, мы можем быть вынуждены защищать наши интересы более прямыми, затратными и болезненными методами.

Мы столкнулись с кризисом финансирования иностранной помощи в рамках бюджета FY1987, утвержденного Конгрессом. В рамках этого бюджета мы запросили 16.2 миллиарда долларов на оказание иностранной экономической и военной помощи. Этот показатель основывался на тщательных расчетах средств, необходимых для достижения важных целей национальной безопасностиСША.

А именно:

  • Тридцать четыре процента этого бюджета планировалось для оказания помощи Израилю и Египту в целях достижения желаемого нами устойчивого мира в этом регионе.
  • Двадцать шесть процентов было предусмотрено для стран военного присутствия вооруженных силСША, таких как Республика Корея, Филиппины, Греция и Турция.
  • Одиннадцать процентов – для стран Центральной Америки и Карибского моря.
  • Семнадцать процентов – для стран, которые разделяют наши демократические ценности и нуждаются в помощи для их реализации, такие как Таиланд и Колумбия; в которых возникли новые демократии, такие как Боливия и Уругвай; и в которых проходят фундаментальные экономические реформы, такие как Эквадор и Сенегал.
  • Для программ помощи другим странам было предусмотрено всего лишь три процента общей суммы иностранной помощи. Некоторые из них это африканские страны на грани бедности, которым мы направляем нашу гуманитарную и техническую помощь. Другие, такие какБирма, наши активные партнеры в борьбе против международной торговли наркотиками.
  • Остальные девять процентов нашей помощи были предназначены для международных организаций, многосторонних банков развития, Корпуса мира, помощи беженцам, программы борьбы с наркотиками и неправительственных программ помощи.

Конгресс урезал эту сумму до 13.6 миллиарда долларов. Последствия такого урезания катастрофические. После того, как мы выполнили свои обязательство по поддержанию мирного процесса на Ближнем Востоке, у нас осталось недостаточно средств для удовлетворения иных потребностей. В результате, мы не можем выполнить свои обязательств перед странами, которые предоставляют нам стратегически важные права базирования и доступа. Фактически некоторые программы придется урезать в этом году более чем на 50 процентов. Мы столкнулись с опасностью нереализации программ, которые разработаны для помощи ключевым регионам в разрешении экономических проблем и программ безопасности. Мы также мало чем сможем помочь должникам Третьего мира.

Урезания сигнализируют о политике отступления. Очевидно, что в ближайщие несколько месяцев Конгресс и исполнительная власть должны совместно работать для поиска решения этих программ финансирования, чтобы мы смогли выполнять свою позитивную роль. Эти программы являются ключевым компонентом нашей первой линии обороны в защите американских свобод и должны пользоваться двупартийной поддержкой для эффективной реализации. Я представил в Конгресс прошение о дополнительном финансировании из бюджета FY 1987.

ОБОРОННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ .

Оборонныересурсы. Успешная реализация любой Стратегии национальной безопасности зависит от наличия необходимых ресурсов. Стратегии, которые опираются на нереальные предположения относительно доступности и количества ресурсов, обречены на провал. В то же время, недавняя история научила нас, что время между началом кризиса и необходимостью реагирования сократилось на годы. Время, когда страны могли отреагировать на кризис посредством мобилизации, обучения и оснащения новых сил, прошло. Этот факт совместно с реалистичным осознанием того, что кризисные ситуации могут распространиться по всему миру с поразительной скоростью, означает, что мы должны быть способны сдерживать агрессию и нарушение наших основных интересов в любой момент времени и в местах, отдаленных от Соединенных Штатов.

На практике это означает, что Администрация не должна принимать стратегии, которые наша страна не может реализовать, и что военные лидеры не могут и не должны основывать свои планы на ресурсах, которые страна не может предоставить. Это также значит, что Конгресс, действуя исходя из общих национальных интересов США, должен предоставить исполнительной власти ресурсы, необходимые для исполнения реалистичной, обоснованной и эффективной стратегии.

Обеспечение общей обороны – это основная обязанность федерального правительства, разделенная в равной степени между исполнительной и законодательной властью. Партнерство – это ключ к успешной реализации. В этой целью в начале 1980х годов—в третий раз со времен Второй мировой войны—Конгресс и исполнительная власть объединились для восстановления и усиления нашего военного потенциала. Однако, в отличие от прошлого опыта, который характеризовался высоким уровнем потребления для поддержания военных операций в азиатских конфликтах, мы сконцентрировались на инвестициях. Были существенные проблемы в области обеспечения персоналом и готовности, которые необходимо было преодолеть, но было понятно, что только повышение инвестиций окажет позитивное влияние на военный баланс.

Эти меры были необходимы для разрешения серьезного дисбаланса между потенциалом США и СССР, который возник в течение 1970х годов – периода беспрецедентных инвестиций Советов, нацеленных на глобальное «перераспределение сил» в их пользу. Если бы мы не остановили эту опасную тенденцию, это нанесло бы существенный ущерб нашим основным национальным интересам. К счастью, Конгресс и американский народ признали необходимость перестройки системы обороны страны. В результате, мы добились существенных результатов. Уровень наших инвестиций практически сравнялся с инвестициями Советов. Однако последствия десятилетия, в течение которого советские инвестиции значительно превышали наши, сохраняются и должны быть устранены.

Мнения относительно адекватности нашей программы обороны в конечном итоге приводят к вопросу рисков. Если говорить прямо, вопрос заключается в следующем: какой риск мы готовы принять на себя для выживания этой страны и ее свободных институтов? Вооруженные силы, которые не способны сдерживать большую войну, провалили тест на адекватность. Мы и наши союзники должны иметь эффективные военные силы, возможность использования которых убедит наших противников в том, что агрессия принесет им недопустимо большие потери. Какое количество военной мощи необходимо для сдерживания – это субъективный вопрос, включающий наши ощущения относительно того, как другие рассматривают наш военный потенциал и твердое намерение использовать его, в случае необходимости. В этом отношении наши силы должны быть не только достаточными, но также должны восприниматься, как готовые к защите наших интересов, реализации нашей стратегии исохранению наших союзных отношений.

Без сомнения, оборонная программа, необходимая для поддержки нашей стратегии, должны быть доступной. На самом деле, за последние семь лет американцы выделили на оборону, в среднем, около 6.1% ВНП—в 1950е и 1960е года этот показатель составлял от 7 до 9.2 процентов. Около 27 процентов федеральных расходов в мирное время, при среднем показателе 38 процентов в послевоенный период. В обоих случаях, повышение расходов в начале 1980х кажется существенным только на фоне большого сокращения расходов  в 1970х гг.

В оборонном бюджете FY88-89 я не просил Конгресс одобрить повышение расходов, аналогичное расходам в начале 1980х. В то же время, Конгресс должен действовать позитивно для защиты наших достижений. Мы не должны продолжать идти по пути реального сокращения оборонных инвестиций, которое характерно для последних двух лет. Пришло время объединить наши усилия для поддержания устойчивого, умеренного роста оборонного бюджета, соразмерного экономическому росту, ожидаемого от страны в целом, и долгосрочной угрозе, которую Советский Союз представляет для свободного мира. Вместе, как нация, мы должны разрушить стереотип затратных и неэффективных колебаний в оборонных расходах и поддержать путь устойчивого, обоснованного роста на уровне, который позволит проводить постоянную модернизацию наших стратегических и обычных вооруженных сил и обеспечивать необходимый уровень военной готовности, устойчивости и структуры вооруженных сил.

Ранее в данном докладе я представил нашу стратегию сдерживания стратегических ядерных или обычных атак на Соединенные Штаты или их союзников.

До сегодняшнего дня успешно реализовывается наша стратегия содержания надежных ядерных средств устрашения посредством модернизации наших стратегических сил. Основные элементы программы стратегическоймодернизации были одобрены Конгрессом. И наши стратегические силы с каждым днем становятся более устойчивыми и эффективными. Мы улучшаем потенциал и надежность диверсифицированной структуры наших стратегических сил и продолжим делать это в следующем столетии.

Заглядывая в будущее, мы изучаем варианты, которые позволят нам извлечь выгоду из прогресса Инициативы стратегической обороны, чтобы отказаться от баллистических ракет и поставить сдерживание на более долгосрочную основу. Реализация этой программы, которая использует наши сильные стороны в передовых технологиях, положительно влияет на сдерживание и контроль над вооружениями. Для закрепления достигнутого прогресса и дальнейшей эффективной реализации программы необходимо полное финансирование бюджета FY88-89.

Неуязвимость наших ICBM сил наземного базирования существенно повысится в ближайшие годы, поскольку мы движемся от старых методов стационарного базирования к новым методам мобильного базирования, что действует в пользу стабильности. Новые концепции мобильного базирования миротворцев и небольших частей ICBM возродит ICBM элемент стратегической триады, существенно повысит эффективность сдерживания и позволит реализовать рекомендации Комиссии Скоукрофта с учетом ранних рекомендаций Конгресса.

Поскольку мы продолжаем улучшение наших стратегических сил устрашения, мы должны учитывать тот факт, что наши обычные вооруженные силы находятся в первой линии сдерживания и необходимы для защиты интересов  США в кризисных ситуациях. С возникновением ядерного паритета между Соединенными Штатами и Советским Союзом значение обычных вооруженных сил еще больше увеличилось в содержании надежных средств устрашения. Наша программа модернизации обычных сил направлена на усиление передовой обороны. К ее основным элементам относится следующее:

  • Программа модернизации армии, которая основана на новой доктрине воздушно-военных операций и предусматривает комбинированное использование вооружений, позволяющее нашим силами поддерживать более высокий качественный уровень, чем уровень, характерный для советских сил.
  • Программы модернизации наших тактических воздушных сил дополняют эти программы относительно наземных сил. Способность наших тактических воздушных сил поддерживать местное воздушное превосходство и обеспечивать поддержку наземных сил требует постоянного улучшения.
  • Приоритеное значение имеет реализация программы возрождения наших сил особого назначения. Эта программа обеспечит создание подготовленных сил, готовых к мгновенной реакции на различные кризисы и  Конфликты низкой интенсивности, если это соответствует нашим интересам.
  • Новые мобильные силы улучшают нашу способность транспортировки снабжения для наших передовых подразделений. Возможность быстрого создания военной мощи в стратегически важных зонах евразийской периферии необходима для сдерживания и нейтрализации географических преимуществ Советского Союза.
  • Боевой потенциал наших военно-морских сил существенно повышается с увеличением количества и повышением качества кораблей и воздушных суден. Эта долгосрочная программа, направленная на подержание наших возможностей по использованию мирового океана в мирное и военное время, требует постоянной поддержки.

Полная отдача от реализации этих основных программ модернизации будет ощутима в течение следующего десятилетия. Реализация наших целей существенно повысит эффективность обычных сил устрашения. Улучшение нашей оборонной стратегии не будет маржинальным; оно будет фундаментальным. Полная поддержка этих программ необходима для предотвращения ухудшения американо-советского баланса обычных сил и обеспечения способности наших обычных вооруженных сил осуществлять передовую оборону наших интересов без использования ядерного оружия.

Поскольку мы стремимся к качественному обновлению наших сил, мы должны продолжить разработку планов и концепций в этом направлении. Наша военная стратегия имеет комплексный характер. Для выполнения своих задач службы разработали соответствующие доктрины и тактики. Их соединение в единую Национальную Военную Стратегию является вызовом в условиях постоянно изменяющейся международной ситуации. Эта проблема усугубляется разнообразием возможных ситуаций в рамках конфликта обычных вооружений. На мировом уровне региональные стратегии разрабатывает Объединенное командование. Эти стратегии совместно с другими глобальными факторами интегрированы в Национальную военную стратегию. Эта стратегия обеспечивает создание эффективной основы для реализации военного потенциала во всем мире. Наша  национальная военная стратегия подвергается периодическим пересмотрам, направленным на обновление и актуализацию ее основных элементов. Результаты не только улучшат нашу возможность использования вооруженных сил, но и обеспечат более сильную концептуальную поддержку для развития наших обычных сил и программ МТО. Работая в этом направлении, мы всегда помним о соотношении между ядерным и обычным сдерживанием. Наши долгосрочные цели снижения зависимости от ядерного оружия требуют особого внимания для поддержания эффективности наших обычных средств устрашения и союзных отношений.

Повышениеэффективности. Важная часть деятельности, нацеленной на реализацию Стратегии национальной безопасности, включает усилия по улучшению руководства и операционной эффективности наших оборонных организаций. В течение последних шести лет повышению эффективности Министерства обороны США было уделено немало внимания и были достигнуты значительные успехи. Последние усилия в этом направлении включали отчет независимой экспертной комиссии по эффективности управления в сфере обороны, под руководством Дэвида Паккарда; и действия Конгресса по реорганизации обороны. В результате этих действий были реализованы важные изменения в работе Министерства обороны. Основные цели этих усилий – повысить качество нашего стратегического планирования; обеспечить тесную связь между стратегией, военнымитребованиями и нашими программами закупки; и обеспечить получение максимальной военной выгоды от каждого доллара, потраченного на оборону.

Произошли важные организационные изменения; другие будут реализованы в ближайшем будущем. В этом году начнет действовать новое Объединенное командование для сил обеспечения и сил особого назначения, и вскоре мы учредим новую должность Помощника Министра обороны по особым операциями Конфликтам низкой интенсивности, а также запустим при поддержке Конгресса работу Совета по Конфликтам низкой интенсивности в рамках организации Советанациональной безопасности. Были расширены полномочия Председателя Комитета начальников штабов и Объединенного командования; а также была учреждена должность Вице-председателя Комитета начальников штабов.

В 1986 году Конгресс поддержал мое предложение по учреждению должности Заместителя Министра обороны по вопросам снабжения. Это назначение привело к реорганизации функций снабжения в рамках Министерства обороны. Эти изменения призваны для сокращения времени на размещение новой технологии и оборудования, привлечения профессионального мнения Комитета начальников штабов к разработке и валидации военных требований и повышения эффективности процесса закупок в целом. В целях поддержания технологических инноваций была расширена роль Агентства передовых оборонных исследовательских проектов в разработке прототипов и другой исследовательской работе в рамках совместных программ.

Для улучшения нашего понимания будущих потребностей прошлой осенью мы создали двупартийную Комиссию по разработке комплексной долгосрочнойстратегии. Эта группа выдающихся американцев работает для предоставления Министру обороны и моему Заместителю по вопросамнациональной безопасности идей относительно роли и стратегического применения новых оборонных технологий в течение последующих двадцати лет. Комиссия также занимается поиском путей ускоренного введения новых технологий в наши вооруженные силы. Будет проводиться анализ возможных новых угроз, связанных с исследовательскими программами СССР.

Изменения в процессе оборонного планирования улучшат взаимосвязь между финансовыми планами для обороны и общими бюджетными планами для федерального правительства. При поддержке Конгресса мы впервые представляем оборонный бюджет на два года. В обоих случаях, цель заключается в большей стабильности для оборонной программы. В то время как мы продолжим работать в направлении контроля затрат и сбережений на программном уровне, независимая экспертная комиссия по эффективности управления в сфере обороны пришла к выводу, что в будущем значительных улучшений в оборонном бюджете можно добиться с помощью большей программной стабильности, чем с помощью особых управленческих мер.

Большую стабильность можно обеспечить только посредством тесного сотрудничества между исполнительной властью и Конгрессом. Наш совместный интерес в улучшении управления в сфере обороны привел к реализации взаимосвязанных организационных реформ и реформ в области закупок. Сейчас мы должны позволить Министерству обороны реализовать эти реформы и оценить их эффективности без чрезмерного вмешательства. Вполне вероятно, что потребуются какие-то изменения. После приобретения опыта работы новой структуры и процедур мы подготовим соответствующие рекомендации для Конгресса.

КОМПЛЕКСНОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ВОЗМОЖНОСТЕЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Как я указывал ранее, для эффективной реализации целей нашей Стратегии национальной безопасности необходимо умелое использование всех рычагов государственной власти. Мы стремимся реализовать наши цели в максимально возможной степени без применения принудительных рычагов государственной власти. Мы сможем реализовать этот подход, если сможем выявить проблемы на ранней стадии, провести их тщательный анализ и применить общее видение и мудрость моих старших советников для их разрешения. Основным механизмом реализации этого комплексного подхода является Совет национальной безопасности (СНБ) и различные рабочие группы, работающие под его контролем.

СНБ помогает нам применить наши широкие цели к конкретным ситуациям и трансформировать эти цели в детальные стратегии и политики. Важная задача СНБ заключается в том, чтобы я своевременно принимал необходимые решения с учетом всех альтернативных решений, их слабых и сильных сторон и вероятных последствий.

Результаты этого процесса документально оформляются в видеДиректив национальной безопасности (ДНБ).  ДНБ в совокупности представляют комплексное руководство по разработке внешней и оборонной политики, военному планированию и разработке субстратегий для достижения целей Стратегии национальной безопасности. Втечениепоследнихшестилетмыразработалиболеедвухсотпятидесяти ДНБ. Не все из них сохранили свое действие и не все касаются глобальных проблем; но процесс очень эффективен для использования комплексного подхода в применении широкого спектра инструментов, доступных для достижения целей национальной безопасности.

Устойчивое развитие и успешная реализация Стратегии национальной безопасностиСША – это основная ответственность исполнительной власти. Но Администрация не может выполнять эту задачу в одиночку. Разработка и реализация Стратегии национальной безопасности для Соединенных Штатов, которая содержит визию будущего и реалистичное руководство к действию, должны осуществляться совместными усилиями Конгресса и Администрации.

Я стремлюсь к работе с Конгрессомв двупартийном порядке для достижения взаимопонимания и широкой поддержки нашей Стратегии национальной безопасности и ее целей. Не может быть более важной цели для  долгосрочного благосостояния американского народа; и я призываю Конгресс к более тесному сотрудничеству для достижения этой цели.

IV. Ожидаемыеперспективы1990хгодов

Шесть лет назад, когда американский народ выбрал меня Президентом, я был нацелен на достижение срочных целей в сфере Стратегии национальной безопасности в течение четырех лет:

  • Во-первых, восстановить военную мощь нашего государства после десятилетия бездействия, которое позволило Советскому Союзу получить преимущество во многих сферах военной мощи;           ,
  • Во-вторых,восстановить экономическую мощь нашего государства и укрепить мировую экономическую систему после энергетического кризиса и глобальной рецессии;
  • В-третьих, восстановить международный престиж нашего государства после многих лет искажения нашего имиджа и распространения нашими противниками убеждения, что Соединенные Штаты отступили от исполнения своих международных обязательств; и
  • В-четвертых,  восстановить личную мотивацию всех американцев и нести миру наше сообщение о том, что люди, а не правительства определяют экономическую, духовную и политическую судьбу.

После шести лет я могу заявить об успешной реализации процесса такого восстановления. Государство развивается в новом, долгосрочном направлении, которое необходимо поддерживать до конца этого столетия. Я считаю, что самым важным в нашей Стратегии национальной безопасности было восстановление имиджа Соединенных Штатов в качестве символа свободы.

В течение последних шести лет мы стали свидетелями того, как народы и правительства приняли наш месседж. Мы стали свидетелями того, как страны изменили свое экономическое мышление, сдвинув приоритет на благосостояние и работу человека, а не на удовлетворение интересов государства. Мы стали свидетелями того, как тысячи свободолюбивых народов взяли в руки оружие против режимов, которые хотят установить свою диктатуру над народами, нацеленными на мир и экономическую стабильность.

Мы стали свидетелями того, какв мире возросло сопротивление тем силам, которые для достижения своих целей применяют агрессивную военную мощь и принуждение.

Все это давало мне внутреннюю силу идти вперед в критических и сложных ситуациях, в условиях огромного риска и потенциальных потерь. Я увидел, что время на нашей стороне против тех мировых сил, которые нацелены на сокращение свободы, справедливости и демократического способа жизни. Время существования таких режимов заканчивается, поскольку люди во всем мире осознают, что способ жизни, навязанный такими силами, противоречит основным человеческим ценностям. Народы во всем мире понимают, что мы предлагаем визию будущего.Наши противники предлагают темные пути неудовлетворительного будущего с использованием доминирования военной мощи, государственного тоталитаризма и политического угнетения.

В течение последних шести лет я использовал каждую возможность для развития этой темы, как внутри страны, так и за ее пределами. Это также доминирующее направление в нашей Стратегии национальной безопасности– курс нашей нации, который необходимо сохранять в будущем, чтобы мы остались сильными, инновационными, гибкими и свободными.

Мы не должны забывать, что свобода не бывает безвозмездной; это самая дорогостоящая вещь в мире. И  цена свободы никогда не оплачивается единоразово; цену платит каждое поколение. Единственное, что каждый из нас может сделать, так это предложить следующим поколениям шанс на свободу.

Я прошу Вас помочь мне в последние два года моего нахождения на посту Президента в укреплении стратегии, с которой мы войдем в 21й век.